МУК "МУЗЕЙ ИСТОРИИ И КУЛЬТУРЫ МАЛАХОВКА" 

Малаховка, ул. Шоссейная, д.40с2.

Часы посещения: вторник - суббота, 11:00 - 17:00. 

Афиша

10 из 43Подписаться на RSS

Пасхальная неделя в музеи

День театра и день работника культуры.

Музей приглашает на мемориальную встречу "Памяти репрессированных"

8 марта

Масленичная неделя "ЗДРАВСТВУЙ, СУДАРЫНЯ МАСЛЕНИЦА"

Масленица - славянский традиционный праздник, который уходит корнями в глубокую древность, в языческие времена, но и в наши дни остаётся любимым у детей и взрослых. Дорогие друзья! Мы приглашаем вас проводить морозную Зиму и встретить Весну-красну в нашем музее! Вас ждёт увлекательная и насыщенная программа! Приходите, мы вас удивим!!!


Фестиваль "ВЫХОДИ ГУЛЯТЬ"

МУК "Музей истории и культуры Малаховка" участвует в Региональном фестивале городской среды "ВЫХОДИ ГУЛЯТЬ!" Мы предлагаем вашему вниманию разнообразные и интересные программы! Присоединяйтесь к нам! Приходите, и мы вас удивим!


НОВОГОДНИЕ ПРАЗДНИЧНЫЕ ПРОГРАММЫ!

ДОРОГИЕ ДРУЗЬЯ!

МУЗЕЙ ИСТОРИИ И КУЛЬТУРЫ МАЛАХОВКА

ПРИГЛАШАЕТ ВАС

НА НОВОГОДНИЕ ПРОГРАММЫ:

04.01 в 13-00

Музыкально-фольклорный праздник с элементами театрализации

        «ОБРЯДЫ И ТРАДИЦИИ НАРОДОВ МИРА»;

·        Кинопоказ-презентация «НОВОГОДНИЕ ОБЫЧАИ, СКАЗАНИЯ, ЛЕГЕНДЫ»

·        «НОВОГОДНЯЯ ВИКТОРИНА. СИМВОЛ ГОДА»

 

05.01 в 15-00

Творческий конкурс на лучший рисунок и поделку Деда Мороза

«ДЕД МОРОЗ, ЕГО КОМПАНИЯ И…» с подарками от Деда Мороза.

·        Кинопоказ мультфильмов

·        «МОРОЗНАЯ ВИКТОРИНА. ОН И ЖЕЛЕЗО РВЁТ, И НА ЛЕТУ ПТИЦУ БЬЁТ!»

 

06.01 в 12-00

Интерактивная программа «РОЖДЕСТВЕНСКИЕ КОЛЯДКИ»:

·        экскурсия по новогодним выставкам «ЧУДО-ЗЕРКАЛЬЦЕ, СКАЖИ», «НОВОГОДНИЙ ГОСТИНЕЦ»,         «НОВЫЙ ГОД В СССР»;

·        Кинопоказ мульфильма «РОЖДЕСТВЕНСКАЯ НОЧЬ»

·        презентация символов и предметов, используемых в святочных гаданиях «РАЗ В ВОСКРЕСНЫЙ ВЕЧЕРОК ДЕВУШКИ ГАДАЛИ…»

·        «СНЕЖНАЯ ВИКТОРИНА. БЕЛ, А НЕ САХАР, НЕТ НОГ, А ИДЁТ!»

 

10.01 в 11-00

Праздничная программа «СВЯТОЧНОЕ ГУЛЯНИЕ В МУЗЕЕ»:

·        «ОТ ЗВЕЗДЫ И ДО ВОДЫ» - история празднования Святок на Руси с загадками и колядками,

·        Творческий конкурс «СВЯТОЧНАЯ ОТКРЫТКА» с награждением участников

·        «ЕЛОВАЯ ВИКТОРИНА. ИГРУШКИ И ХЛОПУШКИ»

 

13.01 в 12-00

Театрализованное представление:

спектакль «ВЕСЁЛЫЕ МАРИОНЕТКИ» в исполнении детского театрального коллектива «ФАНТАЗЁРЫ» ДК им. Воровского

экскурсия по новогодним выставкам «НОВОГОДНИЙ ГОСТИНЕЦ», «НОВЫЙ ГОД В СССР».

ВЫСТАВОЧНЫЙ ПРОЕКТ «НОВОГОДНИЕ ВСТРЕЧИ: ИЗ ПРОШЛОГО В БУДУЩЕЕ»

ДОРОГИЕ ДРУЗЬЯ!

МУЗЕЙ ИСТОРИИ И КУЛЬТУРЫ МАЛАХОВКА

ПРИГЛАШАЕТ ВАС НА ВЫСТАВОЧНЫЙ ПРОЕКТ

«НОВОГОДНИЕ ВСТРЕЧИ: ИЗ ПРОШЛОГО В БУДУЩЕЕ»

 

выставка «НОВЫЙ ГОД В СССР»

каждая ёлочная игрушка – не только тёплое воспоминание о детстве, но и частичка волшебства, в которое так хочется верить под Новый год!

Вы увидите уникальный дизайн «советской ёлки».

 

выставка «НОВОГОДНИЙ ГОСТИНЕЦ»

какой же праздник без сладостей? На рубеже 19 и 20 века ассортимент кондитерских фабрик уже состоял практически из всех известных на сегодня конфет. Особая гордость музея – банка из-под французских конфет времён Наполеона!

 

выставка «ЧУДО-ЗЕРКАЛЬЦЕ, СКАЖИ»

святочные игры и гадания – любимый досуг во время праздников, когда сбываются желания и каждый может приоткрыть завесу тайны

 

 ПРИХОДИТЕ, МЫ ВАС УДИВИМ!  С НАСТУПАЮЩИМ НОВЫМ ГОДОМ!



О Музее

Коллектив Малаховского Музея рад приветствовать Вас на нашем сайте – виртуальном пространстве музея.

Тем, кто не представляет себе, что такое Малаховка, чем она примечательна, и для чего Малаховке музей – предлагаем ознакомиться с данной статьей.

Тем же, из Вас, дорогие посетители, кто интересуется более подробной информацией – предлагаем ознакомиться с соответствующими разделами нашего сайта!


Статьи

10 из 27 Подписаться на RSS

Доклад на тему: «Честь и слава воинам-интернационалистам. Забытые, но не побежденные»

МУК «Музей истории и культуры Малаховка»

 

«Честь и слава воинам-интернационалистам. Забытые, но не побежденные»

 

 

Заседание Малаховского Общества краеведов.

Докладчик:

хранитель фондов Е. В. Мисецкий

 

 

 

 

Адрес музея: городской округ Люберцы,

посёлок Малаховка, ул. Шоссейная, д. 40.

Телефон: 8 (495) 501-42-41

 

2018

 

Здравствуйте, уважаемые друзья!

 

Прошло 29 лет с тех пор, как последний батальон советской армии был выведен из Афганистана. Но события афганской войны, и чеченской, ещё будут долго волновать и ученых-историков, и политиков, вообще гражданское общество, военных. А те, кто был их участником, кто потерял на этой войне своих близких, мужей, детей, будут помнить об этом всегда.

Через афганскую, чеченскую войну прошло более полумиллиона советских солдат и офицеров. И мы не вправе забывать: военные люди шли на неё, следуя присяге. И тысячи военнослужащих отдали свои жизни, выполняя свой солдатский, свой армейский долг. Мы не вправе никогда забывать об этом.

Война в Афганистане, отразила все противоречия, всю сложность той эпохи. И она сама была подлинно «горячей» частью длительной «холодной войны». Однако при принятии решения о вводе войск никто тогда не подумал, как решать экономические проблемы одной из самых беднейших стран мира. Было проигнорировано и то, что межнациональные и меж клановые противоречия в Афганистане обострились настолько, что приблизили страну к гражданской войне.

Да, руководство Советского Союза далеко не сразу приняло решение о вводе войск в Афганистан. И положение дел в этой стране регулярно обсуждалось в Политбюро, в Генштабе. Одновременно из самого Афганистана постоянно шли просьбы оказать военную помощь. И в результате в декабре 79-го такое решение было принято.

Конечно, не последнюю роль сыграло стремление советского руководства обезопасить наши южные рубежи. Афганистан был крайне нестабильным, непредсказуемым соседом. И сегодня мы видим, что там происходит.

Должен сказать, что советские военачальники – хочу на это особо обратить внимание, именно военные люди, – ссылаясь в том числе на трудности ведения боевых действий в особых условиях, были против этой операции. Об этом говорят и документы, и ветераны, которые были задействованы тогда в этих процессах.

Однако десятки лет супердержавы и их союзники находились в условиях глобальной конфронтации и действовали в соответствии с логикой этой конфронтации, действовали сообразно своему пониманию геополитических интересов того времени.

В свое время перед вторжением во Вьетнам именно этими соображениями руководствовались США. Из существовавшего в тот период времени понимания геополитических интересов Советского Союза исходило и советское руководство.

Однако как бы ни проходил процесс принятия решения, итог очевиден: Советский Союз оказался втянут в бесперспективную войну, войну, которая растянулась почти на 10 лет.

И сегодня мы обязаны анализировать и учитывать уроки афганской войны, смотреть при этом правде в глаза.

Афганская война подтвердила, что никто не имеет права вмешиваться в жизнь другой страны и что ни коммунизм, ни демократию, ни рынок нельзя насаждать силовыми решениями, невозможно ввести это на броне танков и нельзя оправдать никакими идеологическими соображениями. Это серьезный урок не только сверхдержавам, но и всему мировому сообществу.

Необходимо также признать, что война в Афганистане способствовала и укреплению международного терроризма, ведь и по сей день мировое сообщество вынуждено обсуждать, согласовывать свои позиции и содействовать восстановлению порядка в этом многострадальном государстве и по возможности обеспечивать условия для его мирного и экономически благополучного развития.

В афганскую войну было испытано все, все, на что способен человек, что он в состоянии выдержать. Это знают и помнят наши «афганцы»: им полной чашей пришлось хлебнуть и страданий, и горя, и отчаянья, и трудностей. Они воевали в чужой стране, а собственный народ практически ничего не знал ни о причинах этой войны, ни о её целях, ни даже об отваге и подвигах наших солдат и офицеров. Больше того, многих, кто вернулся с той войны, подчас встречали на Родине с непониманием, равнодушием, и даже с осуждением. И, конечно, люди спрашивали: за что?

По-настоящему мало кому было дело до искалеченных судеб наших «афганцев», до их физических ран и душевных мук. И чаще всего им самим приходилось находить себе место в жизни – политики были заняты своими делами.

Но хочу сказать: что они сумели не только сберечь узы военного братства – они их укрепили в гражданской жизни, сумели преодолеть физические и моральные травмы, опираясь, прежде всего, на свою солидарность и взаимоподдержку. Надо признать – не столько на помощь государства, сколько на взаимную поддержку. Они также сумели сохранить связи со своими товарищами в странах СНГ, где, кстати, сегодня наверняка вспоминают сегодняшнюю дату.

Они наконец, сумели доказать, что их объединяет не только общая радость побед или горечь потерь и поражений, но и умение работать, способность помогать друг другу.

И в заключение хочу искренне поблагодарить всех. Всех, кто не сломался, кто смог подняться, встать на ноги уже в гражданской жизни.

Россия и сегодня нуждается в таких людях, которые умеют преодолевать трудности, решать самые сложные задачи.


Читать дальше

Доклад на тему: «НА СВОЕЙ ЗЕМЛЕ ПОЩАДЫ У ВРАГА ПРОСИТЬ НЕ СОБИРАЮСЬ”. ГЕРОЙ СОВЕТСКОГО СОЮЗА В. А. МОЛОДЦОВ»

МУК «Музей истории и культуры Малаховка»

 


 

 

Доклад на тему:

 

 «НА СВОЕЙ ЗЕМЛЕ

ПОЩАДЫ У ВРАГА

ПРОСИТЬ НЕ СОБИРАЮСЬ”.

ГЕРОЙ СОВЕТСКОГО СОЮЗА

В. А. МОЛОДЦОВ»

 

  Заседание Малаховского общества краеведов

24 февраля 2018 года

 

Докладчик –

методист  Т. В. Андреева

 

 

 

Адрес музея: городской округ Люберцы,

посёлок Малаховка, ул. Шоссейная, д. 40.

Телефон: 8 (495) 501-42-44

 

2018 год

«”НА СВОЕЙ ЗЕМЛЕ ПОЩАДЫ У ВРАГА ПРОСИТЬ НЕ СОБИРАЮСЬ”. ГЕРОЙ СОВЕТСКОГО СОЮЗА В. А. МОЛОДЦОВ»




Сегодня рассказ о Владимире Александровиче Молодцове – Герое Советского Союза, проявившем мужество и отвагу, перенесшим боль и страдания, повидавшем смерть и мучения, спасшим  жизни людей. Героями не рождаются, героями становятся… Человек начинается с детства.



Владимир Александрович Молодцов родился 18 июня 1911 года в городе Сасово Тамбовской губернии (ныне Рязанская область) в семье железнодорожника. Отец, Александр Георгиевич, работал паровозным машинистом, мать, Мария Леонтьевна, – домашняя хозяйка. Семья была большая – два сына и две дочери. Володя – старший в семье. В начальных классах учился в Сасовской начальной железнодорожной школе. Учился он с большим старанием, с увлечением занимался в кружках рисования, музыки, пения.



В 1922 году отца перевели на новое место работы – в паровозное депо Сортировочная Московско-Казанской железной дороги, и Молодцовы переехали  в Подмосковный посёлок Прозоровку (ныне Кратово) Раменского района.   Раньше это была вотчина князей Голицыных-Прозоровских. Посёлок очень живописный с прекрасным прудом в хвойном лесу, но семья поселилась не в дачном месте, а на пустынных Батрацких выселках. Это было время после разорительной гражданской войны, время голодных хлебных пайков, саботажей и беспризорников, живших кто как мог. Они  занимались грабежами, нападали на местных жителей. С воровскими шайками вёл борьбу местный ЧК, и Володя вместе с друзьями организовал свой отряд  в помощь  чекистам. 



Владимир Молодцов стал первым пионером в своём Батрацком посёлке. Его  приняли в организацию юных ленинцев в депо Московско-Казанской железной дороги. Торжественное обещание он давал 19 мая 1922 года в день Рождения Пионерской организации. А принимал торжественное обещание пионеров в то время уже тяжело больной комиссар железной дороги Иван Антонович Крат, в честь которого Прозоровка была переименована в Кратово. Благодаря Володе  и при участии комсомольцев в посёлке была создана пионерская организация.   Принимали ребят в пионеры торжественно. Райкомовские комсомольцы привезли в посёлок знамя, барабан. Запылал в овраге костёр. Ребята по одному выходили к знамени и повторяли слова торжественного обещания. Комсомольцы повязывали  ребятам кумачовые галстуки.

(Фото первых комсомольских ячеек – Раменское, Бронницы)

Через три года небольшой пионерский отряд стал комсомольской ячейкой.  Пять лет бессменным секретарём её был Владимир Молодцов. После окончания Кратовской школы Молодцов учился в Московской железнодорожной школе №1.


В школе Молодцов проявил свои незаурядные организаторские способности.  Вместе с ребятами оборудовал стадион с футбольным полем, беговой дорожкой и площадкой для городков. Володя занимался в драматическом кружке, был редактором и одновременно художником-оформителем школьной стенгазеты.  Неплохо рисовал масляными красками с натуры, полюбив Подмосковные пейзажи. Сам  изготовил  детекторный радиоприёмник.


Установил на крыше антенну, и вся семья смогла слушать радиопередачи. Более того, по его инициативе в посёлке была создана молодёжная пожарная дружина.

У Володи, старшего сына в семье, было много обязанностей по дому – и огород на нём, и заготовка дров на зиму. Он во всём помогал отцу и матери, присматривал за младшими сёстрами и братом.


Однажды Володя познакомился с Наташей и о дружбе с ней никому не рассказывал – стеснялся, да и время было очень не простое: ведь девочка из барского дома. Наталья, в свои двенадцать лет, знала иностранные языки, много читала, музицировала, умела рисовать и своими знаниями делилась с Володей. Мальчик заходил к подружке в гости, но однажды пришёл и соседи сообщили  Володе, что его знакомая уехала. Владимир переживал, что не простился с девочкой, долго не мог забыть о Наташе – стал с ещё большим увлечением  рисовать, писать стихи и выполнил её  заповедь – посадил  берёзку, прикрепил к ней дощечку, и написал: «Посадившего дерево поблагодарят внуки».



По этому случаю у него родилось  четверостишие:

Прояснится  синь  неба, нахмурится,

Проплывут облаками года,

Уплывёт с ними что-то, забудется

Но берёзка одна никогда…

(Фото шахты и шахтёров в забое, фото Молодцова с товарищами по работе)

В 1930 году ЦК ВЛКСМ обратился к молодёжи с призывом «На шахты! В забои!». Уголь объявили «чёрным золотом», «хлебом индустрии». На комсомольском собрании Молодцов сообщил, что хочет мобилизоваться на Донбасс. Товарищи постановили отпустить Владимира, а секретарём выбрали Тоню Бадаеву. После собрания Молодцов передавал Тоне дела. Он зачитал  Бадаевой «Наказ комсомольцев поселковому Совету». Комсомольцы  планировали закончить электрификацию и радиофикацию посёлка, построить клуб, столовую, пожарную вышку, открыть аптеку, произвести очистку пруда.  Владимир и Тоня проговорили до утра. В дальнейшем Молодцов часто  вспоминал этот откровенный разговор и девушку в гимнастёрке, которую раньше  вроде бы не замечал. С этого времени началась дружба Владимира и Антонины.


19-летний Молодцов получил комсомольскую путёвку на шахту города Донского Тульской области, Подмосковного угольного бассейна. Овладел   несколькими специальностями, в том числе забойщика, избрав наиболее трудную профессию. В день он добывал рекордные 21 – 24 вагонетки угля. Однажды, во время проникновения воды в шахту, чуть не погиб, спасая от гибели товарища.  Работа на шахтах была не из лёгких и опасной. В забоях не хватало воздуха, лампы часто горели, люди задыхались. Не все выдерживали, некоторые пасовали перед трудностями. Случались аварии, в одной из них пострадал Молодцов.  Завалило штрек, выхода не было, пошёл газ. Комсомольцы шахты избрали Молодцова своим секретарём, а с 1933 года Владимир стал помощником начальника шахты.   

На шахте была раскрыта контрреволюционная организация. В раскрытии  вредительства принял участие Владимир Молодцов, и при таких обстоятельствах   молодому человеку предложили перейти на чекистскую работу, что определило  дальнейшую жизнь Владимира. Он был направлен в спецшколу (на точку), после чего поступил в Центральное управление НКВД. В этом же управлении работала  и Тоня Бадаева, которая стала Молодцовой. Появилась семья: жена Антонина Ильинична, сыновья Александр и Владимир, дочь Людмила.


А потом вдруг…


«Началась война…» – в сердца вонзилось

Страшною отравленной стрелой.

И на свете всё переменилось.

И тревога встала над страной.

Эта весть ударила, как бомба.

Гнев народа поднялся волной.

В этот день мы поклялись до гроба

Воевать с проклятою ордой.


1941 год. Владимиру Александровичу поручено выехать в Одессу для организации там партизанского соединения с ударной диверсионной группой на базе Одесских катакомб. К этой трудной, ответственной работе Молодцов был подготовлен всей своей предыдущей жизнью: комсомольская закалка, отличное  знание немецкого языка, опыт шахтёрского труда под землёй, специальная подготовка в школе НКВД и опыт чекистской работы.


Жену Молодцова с тремя детьми эвакуировали в суровое Зауралье. В целях конспирации Владимиру Александровичу не дали проститься с семьёй. Было  разрешено посмотреть на отправку дорогих ему людей с соседнего перрона. На плохо освещённом вокзале Владимир наблюдал, как людей грузили, с узлами и чемоданами, в набитые до отказа товарные вагоны. У одного из вагонов вспыхнул  луч карманного фонаря, и он отчётливо увидел жену с трёхмесячным сыном на руках, а рядом с чемоданами Шурик и Люсенька. Не думал Молодцов, что видит  родных в последний раз.


Одесса с первых же дней войны оказалась прифронтовым городом. Ставка Верховного Главнокомандования отдала приказ об обороне Одессы «до последней возможности». 18 августа 1941 года город был объявлен на осадном положении. 10 августа враг начал штурм одесских укреплений. Одесса оказалась в глубоком вражеском тылу. Город стоял насмерть. Население мужественно переносило тяготы и опасности осады – систематические налёты вражеской авиации и артиллерийские обстрелы, недостаток продовольствия. Воины и население стали единым боевым гарнизоном. Врагу так и не удалось овладеть городом. В сентябре 1941 года советское командование отдало приказ об эвакуации войск из Одессы на Крымский полуостров. Длительная оборона Одессы сорвала планы противника сходу захватить город. Враг потерял под Одессой 160000 солдат и офицеров. Войска уходили, оставалась организация подполья, отряды народных  мстителей.

Одесские катакомбы – это уникальные подземные шахты. За время добычи камня, из которого строилась Одесса, эти шахты стали похожи на большой подземный лабиринт, равных которому по своей протяжённости в мире нет. Их путаный лабиринт превышает длину всех улиц  города.


 С началом Великой Отечественной войны катакомбы стали иметь огромное значение для города, потому что тысячи жителей города вынуждены были прятаться в них от бомбардировок и артобстрелов на протяжении 73 дней.

 

18 июля 1941 года Владимир Александрович прибыл в Одессу. Отныне капитана госбезопасности В. А. Молодцова знали как Павла Васильевича Бадаева. Он взял фамилию жены Антонины. Для центра его имя «Кир», которым он подписывал радиограммы. Так началась операция под кодовым названием «Форт». Костяк отряда составили сотрудники госбезопасности, коммунисты-добровольцы и местные шахтёры. Во время оккупации Украины на территории  Одессы и области действовало 13 партизанских отрядов. А первый из этих партизанских отрядов, которым командовал Молодцов-Бадаев, дислоцировался в катакомбах села Нерубайского, в пригороде Одессы. Вначале Владимиру Александровичу необходимо было узнать план обширных подземных  лабиринтов. Бадаев-Молодцов обратился за помощью в одесский палеонтологи-ческий музей, здесь он получил карты, отчёты, записи по катакомбам, где были партизаны ещё в 1918 году. Село Нерубайское располагалось недалеко от города, где скрестились железная и шоссейная дороги. Это был стратегически важный коммуникационный узел. Подземный лагерь разместили в старой шахте, где  создали запасы продовольствия, горючего для освещения и приготовления еды, которая готовилась в основном на примусах и керосинках.


Были созданы запасы взрывчатки, боеприпасов, оружия и всего необходимого для обеспечения жизни и боя. Подходы, которые вели к лагерю, были забаррикадированы. Второстепенные ходы заложены наглухо и заминированы. В лагере были построены кухня, столовая, спальные помещения, штабная комната, баня, подсобки, амбары и мастерские. Здесь же в катакомбах разместили скот, продовольствие и фуражные склады.  


«Диверсионно-разведывательный» делился на две части. Половина отряда  базировалась в катакомбах, другая же половина размещалась в городе на конспиративных квартирах. Это были разведчики – «глаза и уши отряда». Они  собирали важную военную информацию и внедряли своих агентов к фашистам.

Все тяготы и опасности жизни партизан под землёй бок о бок с командиром делили его заместитель Васин Яков Фёдорович и комиссар отряда – Иван Николаевич Петренко, командир молодёжной группы Яков Гордиенко – школьник и отчаянный комсомолец.


Командир разведчиков Пётр Балошин и разведчицы Тамара Межигурская (фото), Тамара Шестакова и другие отважные бойцы.


За время пребывания в катакомбах большинство партизан не видели не только солнца, но и обычного света, поскольку на боевые операции они выходили только по ночам. От постоянной сырости портились продукты, прорастали овощи, ржавело оружие и патроны, останавливались часы.

В октябре 1941 года подпольщики вышли на выполнение первого боевого   задания… Успех этой операции был важен для всей дальнейшей борьбы отряда с фашистами. Тщательно замаскировавшись, прижавшись к земле, ждали бойцы врага. На дороге показался вражеский отряд. Впереди на лошади ехал офицер, за ним шла колонна автоматчиков. Партизаны открыли прицельный огонь. Фашисты  никак не могли сообразить, откуда ведётся обстрел. Бой закончился быстро.  Немногим вражеским солдатам удалось спастись бегством. Бадаев поспешил укрыть истребительный отряд в катакомбы.


В отряде капитана Бадаева большое внимание уделялось сбору информации. Она поступала от бойцов, возвращавшихся из очередного рейда, от верховых разведчиков, рыбаков, железнодорожников, крестьян. Донесения в штабе перепроверялись, зашифровывались  и по рации передавались в Москву, в Центр. Отсюда они поступали в управление разведки, в Генеральный штаб.


Яша Гордиенко, который большую часть времени проводил по заданию Молодцова-Бадаева у железнодорожного вокзала, раздобыл и принёс расписание движения железнодорожных поездов. Один эшелон был подчёркнут и назван эшелоном «люкс», что свидетельствовало о его важности. Долго совещались  партизаны, а когда стемнело, отобранные для выполнения задания бойцы, нагрузившись взрывчаткой, вышли из катакомб. Весь вокзал был оцеплен вражескими  солдатами. В стороне стояли  почётный караул и военный оркестр.  Но встреча поезда особого назначения не состоялась.


В ночь на 17 ноября 1941 года поезд был подорван. Под его обломками нашли гибель более 300 высокопоставленных фашистских сановников, это  переполошило фашистское командование, и в катакомбы отправились карательные войска,  которые обстреливали все входы в катакомбы, а затем один из фашистских отрядов вошёл в них. Завязался бой, который длился более трёх   суток. Фашисты убедились, что под землёй воевать нельзя: без света в них никуда не пойдёшь, и они стали закладывать входы в катакомбы – бетонировать, минировать их. Разведчики, действовавшие извне, стали поддерживать связь с катакомбами с помощью колодца: спускали в ведре записку, которую в катакомбах перехватывали партизаны. Так они известили, что фашисты привезли баллоны и будут пускать газы… Оккупанты пустили в шахту хлорный газ.   Партизаны были заблокированы со всех сторон на глубине 50 метров. Заблаговременное предупреждение спасло партизан. Они успели сделать перемычки, которые отделили их от пущенных газов, но одновременно и от притока свежего воздуха.


Люди стали задыхаться, с каждым днём кислорода становилось всё меньше. В этих условиях они искали новый выход. Искали неделю, вторую. И только на 22-й день, расчистив покинутый колодец, они почувствовали приток свежего воздуха. Семь месяцев отряд Молодцова находился в катакомбах. Почти каждый  день Молодцов-Бадаев передавал в центр сведения о дислокации противника.    Партизанская группа Молодцова до конца 41-го года пустила под откос 5  вражеских эшелонов с боевой техникой и живой силой. Было взорвано здание Военной комендатуры во время собрания  высокопоставленных лиц. Там погибло 200 офицеров вермахта. Взорвали штаб 10-й пехотной дивизии, погибло около 100 фашистов.

Враг неистовствовал. В Одессе почти ежедневно проводились облавы.     Фашисты издали приказы «О порядке передвижения граждан», «О запрещении гражданам ходить из села в село». Запрещалось петь советские песни, иметь пластинки советских композиторов, книги и картины советских писателей и художников. Кровавым террором фашисты хотели запугать советских людей, поставить на колени. Но гитлеровцы жестоко просчитались. Подпольщики обращались с воззваниями к различным слоям населения. «Уничтожайте паровозы, вагоны, пускайте составы под откос. Не мазутом, а песком засыпайте буксы, поджигайте цистерны с бензином, создавайте пробки на станциях, всеми средствами разрушайте транспорт ненавистных оккупантов!»


Оккупанты мобилизовали всю свою разведку и контрразведку, жандармерию на поиск партизан. Их отрезали от внешнего мира. Только отдельным связным отряда и самому Молодцову иногда удавалось проникнуть через посты фашистов  и встретиться в городе с нужными людьми. Эти встречи были связаны с большим риском, но другого выхода не было. Последний раз Владимир Александрович и его связная Тамара Межигурская (фото Тамары Межигурской) выбрались из катакомб 8 февраля 1942 года, но обратно  не возвратились. Через несколько дней в Одессу была послана вторая связная Молодцова – Тамара Шестакова, но и она исчезла. Для выяснения обстановки в город отправили опытного разведчика  Сергея Виноградова. Он возвратился и доложил, что Павел Бадаев и его связная Тамара Межигурская, руководитель молодёжной группы Яков Гордиенко и его брат Алекс арестованы на квартире связного Бойко, а позже была задержана и отправлена в следственную тюрьму связная Тамара Шестакова.

Вражеская контрразведка при прямом содействии предателя Бойко, ставшего официальным сотрудником центра спецслужбы информации, в течение февраля – марта 1942 года арестовала ряд участников диверсионно-разведывательного отряда. Бойко рассказал обо всём и обо всех даже без дополнительного нажима следователя.  


Молодцов-Бадаев понял, что в их рядах появился предатель. Кто же он? Эта мысль терзала командира. Бадаев был для фашистов символом непокорённой Одессы, неуловимым и беспощадным. Его посадили в одиночную камеру.  Аресты продолжались. Одним словом, организация была раскрыта. В тюрьме был ад. Арестованными занималась специальная группа немецкой контрразведки, но и она не смогла заставить подпольщиков заговорить.


Здесь в тюрьме авторитет Бадаева оставался непреклонным. Командир общался с товарищами с помощью тюремного телеграфа – перестукиваясь с соседними камерами. После того, как его перевели в общую камеру, он стал настоящим организатором и вдохновителем борьбы заключённых против своих палачей. Он давал инструкции перед допросами, подсказывал, о чём можно рассказывать, а о чём надо молчать. Заключённые мужественно перенесли все пытки и издевательства палачей. Оккупанты так и не смогли установить  действительной фамилии Павла Бадаева. Не добившись ничего от командира и других арестованных, фашисты вынуждены были устроить им очную ставку с  Бойко. Таким образом, подпольщикам стало известно имя предателя. Но как же сообщить об этом товарищам, продолжавшим борьбу? Выход сумел найти Яша Гордиенко, он нелегально передал на волю записку, в которой сообщил имя предателя. Им был связной – Бойко.


Так партизаны сорвали планы фашистов использовать Бойко как осведомителя и провокатора в целях выявления и разгрома одесского подполья.


 Фашисты приговорили Бадаева и его товарищей к расстрелу. Молодцова- Бадаева, прежде чем расстрелять, долго водили по улицам в кандалах, желая устрашить не покорившееся население Одессы. Но они жестоко ошиблись. Даже свою смерть Молодцов сумел превратить в акт патриотизма. Он показал населению города, что его можно убить, но нельзя поставить на колени. На все уговоры и обещания, на все речи фашистских адвокатов Молодцов повторял одно  и то же: «Я русский и на своей земле пощады у врага просить не собираюсь!»

 Фашисты тайно совершили казнь в ночь на 30 июня 1942 года. В. А.  Молодцова  вместе с Тамарой Межигурской   вывезли под усиленной охраной увезли дальше в степь  и расстреляли .  Позже останки  Героя были перенесены на Аллею Славы в г. Одессу.

(Фото: обелиск на могиле Молодцова).

Родина высоко оценила героическую борьбу партизан соединения под командованием Владимира Александровича Молодцова. Многие из них награждены орденами и медалями СССР (фото – награды Молодцова), а сам командир Указом Президиума Верховного Совета СССР от 5 ноября 1944 года удостоен звания Героя Советского Союза «за геройский подвиг, проявленный при выполнении специальных заданий в тылу противника». За боевые заслуги Владимир Александрович награждён также орденом «Красное Знамя», медалями «За оборону Одессы» и «Партизану Отечественной войны.

Владимир Александрович очень переживал за свою семью. В своих письмах жене он писал «Береги себя и ребят. Не жалей для них ничего, чтобы не случилось в будущем, воспитывай в них любовь к Родине». Жена капитана  государственной безопасности – Антонина Ильинична, выполнила наказ мужа. Всё посвятила детям, и они выросли достойными людьми.

 

 


 

Читать дальше

Доклад на тему: «СЛУЖАЩИЕ МОСКОВСКО-РЯЗАНСКОЙ (КАЗАНСКОЙ) ЖЕЛЕЗНОЙ ДОРОГИ И ИХ РОЛЬ В КЛЮЧЕВЫХ СОБЫТИЯХ ИСТОРИИ МАЛАХОВКИ»

Доклад на тему:

 «СЛУЖАЩИЕ МОСКОВСКО-РЯЗАНСКОЙ (КАЗАНСКОЙ)  ЖЕЛЕЗНОЙ ДОРОГИ

И ИХ РОЛЬ В КЛЮЧЕВЫХ СОБЫТИЯХ ИСТОРИИ МАЛАХОВКИ»

 

 

  VIII Музейные чтения «Люди, события, факты»

МУК «Музей истории города Бронницы»

19 октября 2017 года

 

 

 

Докладчик –

зав. научно-просветительским отделом  Д. В. Давыдова

 

 

 

Адрес музея: городской округ Люберцы,

посёлок Малаховка, ул. Шоссейная, д. 40.

Телефон: 8 (495) 501-42-44

 

 

2017 год

 

СЛУЖАЩИЕ МОСКОВСКО-РЯЗАНСКОЙ (КАЗАНСКОЙ)  ЖЕЛЕЗНОЙ ДОРОГИ

И ИХ РОЛЬ В КЛЮЧЕВЫХ СОБЫТИЯХ ИСТОРИИ МАЛАХОВКИ

 

Для развития Малаховки весьма важное значение имело открытие Рязанской железной дороги.  Строительство было вызвано важными экономическими интересами. В 1858 году было разрешено производить изыскания к устройству железной дороги от Москвы до Саратова «с высочайшего Его Императорского Величества соизволения». 9 июня 1860 года было утверждено направление дороги между Москвой и Коломной, а уже 11 июня на этом участке начались работы. Движение поездов было разработано левосторонним до Рязани; таковым оно сохранилось до наших дней. С самого начала сооружались 6 промежуточных станций: Люберцы, Быково, Раменское, Фаустово, Воскресенское и Пески. Спустя полтора года после начала строительства, в январе 1862 года, появилась возможность проехать по головному участку пути. Первый пробный рейс был совершён по только что проложенному пути – от Москвы до села Раменское. А в июле 1862 года уже было открыто движение поездов до самой Коломны. С этого времени по дороге стали ежедневно ходить две пары товарно-пассажирских поездов.

Объём перевозок непрестанно возрастал, появлялись новые станции. После открытия движения на Московско-Казанской железной дороге стало развиваться дачное строительство. Наиболее популярным среди дачников стал район Томилино-Быково.

В 1880 году открылась пассажирская остановка дачных поездов на 27-й версте, которую назвали Малаховкой по имени ближайшего населённого пункта, Соколово-Малахово, от которого дорога прошла в одной версте. Ближайшими станциями были Люберцы (на 19-й версте) и Быково (на 31-й версте). Вблизи этой платформы со временем возник дачный поселок Малаховка.

Служащие дороги пользовались бесплатным проездом и составляли значительную часть пассажиров в первые годы застройки посёлков. Их доля в общем числе пассажиров в 1903 году составляла 40%, в 1908 году 35% и в 1911 году 27%. Кроме того, Правление Общества уделяло серьёзное внимание материальному положению своих служащих. В Москве для работников железной дороги было построено несколько домов, однако городские квартиры по сравнению с частными домами, по мнению Правления, имели ряд неудобств. Хорошее и комфортное жильё по невысокой цене служащие могли найти лишь в отдельном подмосковном посёлке. Своим служащим Правление дороги предоставляло льготные условия для строительства дач: выдавало ссуды, наряды на бесплатную перевозку строительных материалов. Наталия Николаевна Чебышева вспоминала о жизни железнодорожников в Малаховке так: «В Малаховке почти с момента её возникновения жили главным образом служащие на железной дороге, так как владельцам (магнатам железной дороги) выгодно было заселять станции. <…> Служащим предоставлялась льгота на провоз стройматериала. Сосновые брёвна – сухие, не ставные, привозили из-под Рязани. Поэтому дома были долговечны. Железнодорожники знали друг друга»

Железнодорожные служащие, будучи первыми постоянными жителями Малаховки, играли важную роль в жизни посёлка и приняли участие в основных событиях его дореволюционной истории. Особенно выделим несколько семей.

Чебышевых. Сергей Иванович Чебышев был начальником отдела налогов и сборов Казанской железной дороги, позже – казначеем в школе над оврагом.  Получил участок, построил дом в 1896 году. Дом сохранился, но без террасы, над которой возвышалась башенка. Его брат Николай Иванович Чебышев – тоже был железнодорожником. Не имел высшего образования, занимал небольшую должность, вроде помощника бухгалтера. Построил дом для себя и дом для своей матери (Южная улица и Тургеневский проезд). Имел большую семью. Дочери: Нина, Мария, Ольга, Наталья, Валентина и самая младшая – Елизавета.

Шепель. Недалеко от Чебышевых, на улице Южной, жила семья Шепель. Вот фотография их дома.

Мыслины. Многие малаховцы знают весьма приметный дом архитектора В. А. Мыслина (Советская, 15) неподалёку от Петропавловской церкви. Спроектировал дом сам хозяин – железнодорожный инженер А. М. Мыслин. Дом построен в лучших традициях дачной архитектуры, деревянный, с резьбой на фронтоне, большими окнами.

Черниковы – семья, жившая в Малаховке на ул. Толстого. Семья эта была крестьянско-купеческого происхождения. Сергей Николаевич Черников окончил военно-инженерное училище. Некоторое время работал на Казанской железной дороге, а затем на электростанции Грюнберга в Малаховке; устанавливая электропроводку на одной даче в Малаховке, на террасе он видел эсерку Фанни Каплан, предположительно совершившую покушение на В. И. Ленина на заводе Михельсона. С 1919 по 1922 год он работал электротехником на электростанции Красковской больницы, а с 1922 года осветителем Летнего театра. Его сестра Наталия стала сестрой милосердия в Красковской земской больнице. Во время Первой мировой войны некоторые жители брали поправляющихся раненых к себе домой. Так же поступали и Черниковы; за больными ухаживала Наталия.

Кравец и Поликарпов. По воспоминаниям Арии Карловны Куршевиц, архитектора и краеведа, одной из собирателей общественного музея, большая дача на углу ул. Советской, где был красивый сад и декоративные ели, принадлежала архитектору Кравецу, работавшему в правлении Казанской железной дороги. Улица Малая Коренёвская, вблизи Коренёвского шоссе, с односторонней застройкой из 12 дач фасадом в сторону большого хвойного лесного массива, заканчивалась большой благоустроенной 2хэтажной дачей, где постоянно жила семья инженера правления Казанской железной дороги Н.Н. Поликарпова: «старшая дочь Наталья Николаевна была учительницей музыки и занималась со мной».

Многие ключевые для Малаховки события или начинались с инициативы железнодорожных служащих, или не обходились без их участия:

1) Малаховка театральная. Неповторимую прелесть и самобытность придавал малаховской дачной жизни Летний театр, где часто выступали известные артисты, ставились спектакли, соответствующие столичному уровню. Первое упоминание о какой-либо театральной жизни в Малаховке – журнал «Театрал» за 1986 год: «Управление Московско-Казанской железной дороги, желая доставить рабочим дороги развлечения, предполагает устроить для них в течение рождественских праздников несколько бесплатных спектаклей. Любителями из служащих управления дороги представлены будут «Женитьба» и «Ворона в павлиньих перьях», причем в антрактах будет играть собственный оркестр п/у г. Шеффера. Спектакли будут устроены в помещении мастерских дороги и состоятся 27 и 30 декабря, а затем 2 и 3 января будущего года».

Журнал «Театрал» за 1987 год: «В дачной местности Малаховка (в 27 верстах от Москвы по Моск.-Каз. ж/д) кружок любителей, преимущественно из служащих названной дороги, в истекшее лето дал 7 спектаклей. Постановка отличалась тщательной срепетовкой и общим ансамблем. <…>. Ввиду успешного начала предполагается построить в будущем году в Малаховке закрытый театр и ставить в нем спектакли еженедельно». В антракте, несмотря на мокрый грунт, подростки и юнцы с наивными девицами танцевали и резвились без устали. Площадка перед сценой (с местами для публики), а равно и небольшой садик были переполнены публикой. Очень хорош оркестр». 10 марта 1904 года артист Григорий Степанович Васюченко-Галицкий подал прошение в Строительное отделение Московского Губернского Правления о разрешении на строительство театра, и театр был построен в 1904 году.

2) Конка.На заседании Правления Общества Московско-Казанской железной дороги в 1899 году было рассмотрено «Дело о сооружении подъездного конно-железнодорожного пути общего пользования к платформе Малаховка». Для улучшения развития дачной жизни в Малаховке правление утвердило соглашение с владельцем земли, кандидатом права Алексеем Дорофеевичем Соколовым по вопросу строительства конки в пределах его владения в «сельце Малаховка». Предполагалось, что конная железная дорога будет эксплуатироваться в течение летнего дачного сезона – с 1 мая по 1 сентября. Тариф на всё протяжение линии составлял 5 копеек, а на половину пути – 3 копейки при ежедневной перевозке в оба конца 250 пассажиров.Правление имело в виду, что на тот момент во владениях Соколова насчитывалось около 200 дач и что «конно-железная дорога, помимо преимущественного передвижения по сообщению дачников между собою и с купальнями на реке Македоновка, может рассчитывать не менее, как на одного пассажира с каждой дачи, что даст 200 пассажиров в день с ежедневною выручкою в 16 рублей». В договоре с А. Д. Соколовым рассмотрены в мельчайших подробностях все детали эксплуатации земли и условия постройки дач вблизи конки.Одним из аргументов в пользу устройства конки указано удачное расположение посёлка, «по своей возвышенной и весьма сухой местности представляющего все данные для успешного развития дачных поселений», но активное строительство дач может развиваться только при наличии удобного пути сообщения со станцией Малаховка. С большим вниманием в документах рассмотрены варианты заводов, которым Общество предполагало заказать вагоны для конки, и среди них даже был устроен своеобразный «тендер», в котором победил Коломенский завод. Протяженность конки составляла 3,2 версты, длина перегонов – 1,6 версты, ширина колеи – 5 футов, скорость движения – 5 вёрст/ час, стоимость строительства составляла 2000 рублей. Конка была разобрана ориентировочно в конце 1910-х.

3) Гимназия. До 1908 года в Малаховке существовала лишь церковно-приходская школа при Петропавловском храме. Дальнейшее образование малаховские дети получали в гимназиях Москвы. Но шло время. Росла не только Малаховка, росли и соседние посёлки по обе стороны Малаховки вдоль железной дороги. Немало было детей рабочих и служащих близлежащих предприятий, самой железной дороги и т.д. Эти обстоятельства и породили мысль создать здесь среднее учебное заведение. Инициатором был врач Красковской больницы Михаил Самойлович Леоненко. Увлекли и писателя Николая Дмитриевича Телешова. Врач Леоненко и писатель Телешов вместе поехали в Петербург к министру народного просвещения Кассо. 30 июля 1908 года последовало распоряжение об открытии среднего учебного заведения в посёлке Малаховка с курсом мужских гимназий для лиц обоего пола. Официально школа называлась «Красково-Малаховское средне-учебное заведение». Из числа состоятельных, влиятельных, имеющих большие связи и особо энергичных лиц был образован «Комитет Общества устройства загородного средне-учебного заведения смешанного типа близ станции Красково-Малаховка». Председателем комитета был М. С. Леоненко. Попечительницей Малаховского средне-учебного заведения Общество выбрало Е. А. Телешову, а почётным председателем Комитета – Н. Д. Телешова. Членами комитета являлись 290 человек, в том числе: С. И. Чебышев, П. П. Медоусов – рядовой железнодорожный служащий, сумевший повлиять на правление Московско-Казанской железной дороги и включить его в состав членов Общества. По сути дела, Правление Московско-Казанской железной дороги являлось шефом гимназии, помогало ей регулярно, изо дня в день, из года в год. Рабочие и служащие дороги перевезли и доставили строительные материалы от изготовителей до места застройки. Их участие представляло подлинный факт личного труда, ибо машинисты должны были совершать лишние рейсы, а диспетчеры должны были ввести их в расписание движения поездов. Помощь железной дороги этим не ограничивалась. По финансовой отчётности видно, что Правление дороги ежегодно отпускало Комитету Общества пособия не менее 600 руб., ежедневно отвозило на занятия и с занятий учащихся, живших вдоль линии железной дороги.

В 1910 году из частных зимних дач Дейстфельда и Давыдова учащиеся были переведены в новое светлое, просторное двухэтажное здание. На 1914/1915 учебный год всего учащихся вместе с приготовительными классами в школе числилось 198 учеников. В школе работали педагоги высокой квалификации, эрудированные и, по сути, обладающие энциклопедическими знаниями, расширенная программа по изучению основ наук сочеталась с трудовым обучением. Из стен школы вышли выдающиеся деятели науки и культуры. Сейчас в здании бывшей гимназии находится средняя школа № 48.

4) Фотохроника Малаховки. Говоря о дореволюционной Малаховке, мы непрменно обращаемся к фотографиям из наследия Алексея Тимофеевича Саладина. Живя на станции Люберцы,  Алексей Тимофеевич поступает в Управление Московско-Казанской железной дороги на должность  делопроизводителя. После возвращения из ссылки (за участие в событиях 1905 года) Саладин поселился с семьей в селе Раменское, где работал мелким чиновником на железнодорожной станции. Образцом краеведческой литературы можно считать его «Путеводитель по пригородным и дачным местностям до станции Раменское Московско-Казанской железной дороги». Саладин  очень любил  Красково, Удельную, Быково, Малаховку: «Дача – не мода и не безразличное удовольствие, а потребность нашего организма, нуждающегося хотя бы время от времени в чистом и богатом кислородом воздухе, солнце, купании и хорошей, не зараженной воде». Саладин, в своих Малаховских «этюдах», запечатлел достопримечательности дачного посёлка по обе стороны от дороги, некоторые из них дошли до нас в почти первоначальном виде, а другие канули в лету.

После Октябрьской революции многие дачи были национализированы. В годы индустриализации в пустующих дачах расселили значительное число вновь приехавших в Москву рабочих.Возникло несколько дачных посёлков для работников различных отраслей: Красная Звезда, Мосдачтрест, Май, Обрабпрос. В результате всего этого состав населения сильно изменился, и служащие Казанской железной дороги перестали быть столь многочисленной и авторитетной группой населения. Но и в 20-е – 30-е годы железная дорога представляла жильё своим служащим на северной и южной сторонах Малаховки (ул. Некрасова, Рельсовая и др.)


Читать дальше

Доклад на тему: «В ЛУЧШИХ ТРАДИЦИЯХ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТИ: СЕМЬЯ КУПЦОВ КАРЗИНКИНЫХ»

Доклад на тему:

 «В ЛУЧШИХ ТРАДИЦИЯХ

ОТЕЧЕСТВЕННОЙ БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТИ:

СЕМЬЯ КУПЦОВ КАРЗИНКИНЫХ»



  VIII Музейные чтения «Люди, события, факты»

МУК «Музей истории города Бронницы»

19 октября 2017 года




Докладчик –

методист  Т. В. Андреева




Адрес музея: городской округ Люберцы,

посёлок Малаховка, ул. Шоссейная, д. 40.

Телефон: 8 (495) 501-42-44



2017 год


В ЛУЧШИХ ТРАДИЦИЯХ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТИ: СЕМЬЯ КУПЦОВ КАРЗИНКИНЫХ


Традиции меценатства и благотворительности в России складывалась на протяжении нескольких веков. До конца 17 века забота о бедных и убогих,  была, в основном, делом церкви.  Однако и в те времена находились люди, не жалевшие средств на благие дела. В 18 веке масштабы российской благотворительности значительно выросли. В 1775 г. в составе новых губернских учреждений появился особый приказ общественного призрения. На него  возлагалась забота об образовании, лечении, устройстве народных школ, сиротских домов, приютов и богаделен для  престарелых.  

   Меценатство  и благотворительность в России к 19- нач.20 веков могут быть по справедливости названы  их  «золотым веком», порой  их   подлинного расцвета. Они были формой поддержки неимущих слоёв – инвалидов, вдов, престарелых, сирот. Способом улучшения жизни работающих и учащихся. В богоугодном деле особенно отличалось российское купечество, которое в отличие от дворянства обладало значительными средствами и имело «живые» деньги.

    Профессиональными благотворителями были семьи Бахрушиных, Щукиных, Мамонтовых, Морозовых, Третьяковых и этот список можем продолжить на много других имён.

Сегодня пойдёт речь о семье предпринимателей  и благотворителей купцов  Карзинкиных.

 Имя миллионеров Карзинкиных было на слуху не только  в Москве, где они являлись владельцами чайных магазинов, домов, и имения, но и в Ярославской губернии, откуда и пошёл этот купеческий род. Карзинкины перебрались в Москву во второй половине 18 века. Родоначальник - Андрей Сидорович Карзинкин происходил из семьи экономических крестьян.  Родился в 1755 году в деревне Труфаново  Борисоглебского уезда Ярославской губернии.  В Москве А.С.Карзинкин начал торговать имбирём в яблочном ряду Китай-города и  в 1791 году стал купцом 3-й гильдии.  К 1811 г. Карзинкин - известный  чаеторговец,  купец 1-й гильдии.  Андрей Сидорович имел двух сыновей – Ивана и Александра.  В 1818 г. Карзинкин переехал в дом на Покровском бульваре. К этому времени купец овдовел, а его дети обзавелись собственными семьями и занимались чаеторговлей. Незадолго  до смерти Андрей Сидорович  пожертвовал 10 тысяч рублей в пользу Андреевской богадельни   сумма по тем временам не малая.  

        Крепкие традиции благотворительности,  заложенные  основателем  династии,   продолжили его дети и внуки. После кончины отца  сыновья Андрея Сидоровича получили равный капитал и числились   купцами 1 гильдии.  Иван Андреевич в разные годы был помощником старосты в доме Градского общества, попечителем Мещанских училищ,  экспертом по проверке контрабандного чая, членом Комитета для сбора пожертвований на государственное ополчение и другие военные надобности.  

      Сын Ивана Андреевича – Иван Иванович  был известен как щедрый благотворитель. При Балашинской  мануфактуре им была обустроена богадельня  для престарелых, капитал, выделенный на эти цели, составлял свыше 140 000 рублей. Он также жертвовал крупные средства  Мещанскому училищу, Николаевскому дому призрения вдов и сирот купеческого сословия. В духовном завещании  Иван  Иванович  распорядился перечислить  40 000 руб. на пособия бедным и на вклады  в церкви и монастыри.

Младший сын Ивана Андреевича – Сергей Иванович – купец 1 гильдии, руководитель чаеторговой фирмой «Ивана Карзинкина наследник и  К»  состоял  членом Попечительского совета Московской глазной больницы,  регулярно перечислял средства на лечение  больных. Сергей Иванович и его жена Юлия Матвеевна  отреставрировали на свои средства храм во имя Успения Пресвятой Богородицы в  подмосковном имении Троице – Лыково.  Благотворительная деятельность Юлии Матвеевны  не имела границ. «Церковные ведомости» писали: «3 октября 1891 г. в селе Троицкое - Лыково  Хорошевской волости, под Москвой, произошло  открытие лечебницы для приходящих больных близлежащих сёл и деревень. Это доброе дело всецело принадлежит Ю.М.Карзинкиной, вдове потомственного почётного гражданина С.И.Карзинкина, главы известной фирмы чайной торговли.  Ю.М.Карзинкина, отличавшаяся и ранее многими добродетелями, почтила день памяти её  покойного супруга основанием лечебницы…  Доктор будет принимать приходящих больных 2 раза в неделю, здесь же будут отпускаться бесплатные лекарства». В 1904 году Юлия Матвеевна принесла в дар 45 десятин земли   из своего имения  церкви  и пожертвовала  30000 рублей на устройство летней дачи – приюта для слабоумных детей. В 1913 г. при Троицкой церкви на собственные средства открыла богадельню для престарелых  обоего пола, где проживало 111 человек из местного прихода.      

      С Ярославлем  связано не только происхождение  старинного купеческого  рода, но и   вторая  ветвь Карзинкиных, которая шла от Александра Андреевича. Здесь  началась их новая  стезя – текстильное дело. Нажив  значительные капиталы на  чаеторговле, Иван Андреевич  купил Ярославскую Большую  мануфактуру, которая работала на  среднеазиатском хлопке.    Живя  в Ярославле, Карзинкины  осуществляли  широкую социальную программу для рабочих.  Большие  средства тратились на жильё, устройство школы, детского сада, больницы, построили новую церковь.

 Внук Андрея Сидоровича Карзинкина  Андрей Александрович (1823 – 1906г.г.) числился коммерции советником, входил в первую гильдию московского купечества.  Он владел   амбарами в Старом Гостином дворе и десятью магазинами в центре Москвы. И принимал активное участие в Ярославской мануфактуре.  Андрей Александрович  активно  занимался благотворительной деятельностью.  Пожертвовал около 70000 руб. Мещанским училищам, Николаевскому дому призрения вдов и сирот, где состоял членом попечительского совета, и во вспомогательную кассу московского купеческого сословия.  Был благотворителем  коммерческого училища, попечителем богадельни имени Д.А.Морозова.  В 1860 г. Андрей Александрович венчался на Софье Николаевне Рыбниковой. У них родилось трое детей – Софья, Александр  и Елена. Дочь Софья умерла в юном возрасте. Мать в её  память пожертвовала  20000 руб. на открытие корпуса для женщин, больных туберкулёзом,  Бахрушинской  больницы.  Также Софья Николаевна оказывала попечительство  1-му Таганскому женскому начальному училищу.

 Семейное дело в конце 19 века перешло в руки Александра Андреевича Карзинкина (1863-1931 г.г.), который Он являлся заметной фигурой московской деловой  и культурной жизни и слыл щедрым благотворителем. В 1908 г. он пожертвовал  50 000 руб. Московскому городскому общественному управлению и Купеческому обществу на образование фондов имени покойного отца для выдачи пособий бедным. Построил и оборудовал на свои средства лечебницу для грудных детей имени своей матери, открытую. при Морозовской больнице. Состоял членом попечительского совета Третьяковской галереи, вложив в неё немалые деньги и громадный труд.  После смерти родителей Александр Андреевич стал крупным домовладельцем.  Александр Андреевич  передал   своей сестре  Елене Андреевне  дом на Покровском бульваре, который  более известен как «Дом Телешовых».

 Елена Андреевна Карзинкина – Телешова –  известная   художница, увлечённая музыкой, литературой.  Окончила Московское училище живописи, ваяния и зодчества, была ученицей В.Д.Поленова. Училась на курсе с И.И.Левитаном и впоследствии дружила с ним.  Она переехала на Покровку вместе со своим мужем  - писателем Николаем Дмитриевичем Телешовым. Сюда же  были перенесены знаменитые в Москве «среды», на которых  присутствовали выдающиеся деятели русской культуры.  В 1899 году в семье Телешовых родился сын Андрей

  Елена Андреевна жила с семьёй в Малаховке более 20 лет. Телешовы  не  просто приезжали на лето и жили подолгу, до поздней осени. На некоторых своих картинах художница изобразила усадьбу в Малаховке и её окрестности.  На даче продолжалась творческая жизнь семьи. Благодаря Елене Андреевны в гостях бывали художники А.Я.Головин, К.К.Первухин, А.М.Васнецов, И.И.Левитан,  В.Д.Поленов.  Впоследствии стала иллюстрировать произведения своего мужа. Живописные работы Телешовой хранятся в Третьяковской галерее.  « Все любили и уважали её как близкого и дорогого человека, принимавшего горячее участие во всех событиях жизни «Среды». Она свободно читала на пяти европейских языках  и была полезна многим товарищам в переводах зарубежных рецензий, нередко очень сочувственных и для писателей интересных» - вспоминал Н.Д.Телешов в своих  «Записках писателя», которые и посвятил  любимой супруге.

 В это время, когда Телешовы поселились в Малаховке, история дачных посёлков  Бронницкого уезда только начиналась.  Развитию инфраструктуры дачных мест, в том числе и Малаховки, содействовали землевладельцы и первые застройщики.

Председатель   Бронницкой  земской  уездной управы Александр  Александрович Пушкин, который в течение 12 лет возглавлял уездную  Управу и  15 лет  - был  Бронницким уездным предводителем дворянства,  понимал потенциал, заложенный в освоении дачных местностей и  призывал земство содействовать постройке школ, больниц и т. д. в дачных посёлках. Дачным посёлкам выделялись средства на строительство. В  докладах земской Управы отмечалось, что  «Бронницкий уезд по числу дачных  и других  населённых местностей, …занимает одно из первых мест  Московской губернии.  Все эти посёлки,  а главным образом дачные местности, являются обильным источником земских доходов.… Земство  очень мало теряет и больше выигрывает, если  придёт на помощь посёлкам и дачным местностям в указанном направлении». В 2015 г. исполнилось 105 лет с постройки Красково-Малаховского средне-учебного заведения. Попечительницей учебного заведения стала Елена Андреевна  Карзинкина – Телешова.  В ноябре 1910года Елена Андреевна Телешова известила Бронницкую  уездную  земскую управу о желании построить за свой счёт  амбулаторию в память своей сестры Софии Андреевны Карзинкиной. Предполагалось больницу построить близ  села Быково на месте Колонецких хуторов.

Примечательно место,  где  строилась больница.  До сих пор многие жители города  Жуковский называют один из  его районов Колонцом.  О существовании поселения напоминают корпуса бывшей Быковской (Колонецкой) больницы, ныне ставшие частью прихода святого Пантелеймона и некрополь Быковского мемориального кладбища, называемого в старых документах не иначе как Колонецкое, а также могучие липы, до сих пор, украшают улицы города.  До начала ХХ века поселение, которое ассоциируется с Колонцом, находилось на берегу Москвы-реки.  И  первое упоминание  о деревне Коломец, населённой рыболовами и относившейся к дворцовому  селу  Быково, датируется 1646 годом. В 17веке  село Быково и деревня Колонец передаются во владение сенатору Михаилу Михайловичу Измайлову. В конце 18 века эта местность входит в состав Бронницкого уезда.  Деревня, после отмены крепостного права,  росла и развивалась. Однако  расположение деревни в подтапливаемой, заболоченной низине не могло сказаться на условиях жизни крестьян. Их дома часто оказывались затопленными, и  разрушенными вешними водами.   В 1908 году произошло великое Московское наводнение. Москва и её окрестности испытали на себе страшный удар  водной стихии.  В результате наводнения только чудом не погибла Третьяковская галерея, в Кремле вода поднялась более чем на 2 метра от уровня земли.- Москва оказалась уязвимой  для стихии.  Помимо  столицы в зоне подтопления оказались и многие уезды, через которые протекает Москва–река. Очень сильно пострадала деревня Колонец.  Наводнение совпало по времени с аграрной реформой Петра Столыпина, предусматривавшей переселение крестьян на хутора.  Государство субсидировало  крестьян. Жители  Колонца  при поддержке правительства построили дома на пустующих землях ближе к платформе Ильинская.  Переселение деревни произошло  в 1909 году.  В 1910 года  эти места посетили с визитом премьер-министр Российской империи Пётр Аркадьевич Столыпин и министр земледелия Александр Васильевич Кривошеин.  Высокие гости  увидели,  как крестьяне за короткий срок  построили дома, разбили огороды, засадили пустырь деревьями.  Некогда неприглядная голая местность предстала большим и красивым поселением, состоявшим из  98 хозяйств.  Премьер – министр пообщался с предводителем дворянства Бронницкого уезда Александром Александровичем Пушкиным, деревенским старостой и местными жителями.  Столыпин, похвалил  крестьян  за образцовое ведение хозяйства.

Разрешение на строительство народной лечебницы  Елене Андреевне  удалось получить лишь после вмешательства А.А.Пушкина. В октябре 1911 года было определено место под строительство, и уже имелся план. В  ноября 1911 года уездная земская управа отправила госпоже Телешовой письмо: «…заслушав Ваше заявление о готовности построить за свой счёт нужные для Быковской больницы здания, управа принимает Ваше предложение и  выражает благодарность». Н.Д.Телешов присоединился к своей супруге, и было решено посвятить  Земскую лечебницу также памяти его отца Дмитрия Егоровича Телешова. Проект больницы заказали инженеру Виктору Антоновичу Гашинскому(1878 -1935). Чуть более полугода потребовалось, чтобы построить госпиталь на 70 коек. Это  был довольно крупный  по тем временам лечебный комплекс: родильное и дородовое отделения, заразный барак (инфекционный), кухня, прачечная и  домик сторожа. Также по плану были предусмотрены дома врача,  фельдшерского персонала и часовня. В ноябре 1912года «планы Быковской земской лечебницы» были одобрены  Бронницким уездным санитарным советом.  Строительная комиссия констатировала, что «здания амбулатории, родильного  приюта, заразного барака, кухни, прачечной выстроены вчерне во всём согласно чертежей и планов». Дальнейшее строительство прервала  Первая мировая война. Телешовы предложили использовать вновь построенные здания как лазарет.   Лечебницу освятили, и начался приём раненых. После войны здесь разместилась земская  Быковская (Колонецкая) больница. Люди из 16 окрестных деревень и сёл шли сюда, веря, что получат облегчение и помощь. Надо отметить, что в то время на огромную территорию было всего два медицинских учреждения – фабричная больница в селе Раменское и лечебница в  Красково.   Историческая ценность дошедших до нас зданий Быковской больницы связана со значением для  отечественной культуры её основателей и создателей.

    Российские меценаты, благотворители  олицетворяли собой лучшие стороны человеческой личности, Они остро чувствовали потребности общества, отдавали талант,  ум, энергию, душу общественно полезному труду. Их традиции – уникальное явление, представляющее  значимость и актуальность не только для истории России, но и для наших дней.  Имена Карзинкиных, Телешовых, Соколовых и других  благотворителей, связанных волей судьбы с  Малаховкой, стоят в одном ряду  с лучшими представителями   отечественных меценатов.  Елена Андреевна Телешова-Карзинкина, 155 лет со дня рождения которой исполнилось в прошлом году, была достойной представительницей своего рода.

Читать дальше

Международная научная конференция «А.Н. СКРЯБИН В ХУДОЖЕСТВЕННОМ КОНТЕКСТЕ ЭПОХИ»

26 апреля зав. научно-просветительским отделом МКУК "Музей истории и культуры ГП Малаховка" Д. В. Давыдова приняла участие в Международной научной конференции «А.Н. СКРЯБИН В ХУДОЖЕСТВЕННОМ КОНТЕКСТЕ ЭПОХИ. К 145-летию со дня рождения Александра Николаевича Скрябина». Конференция проходила с 25 по 27 апреля в Мемориальном музее А.Н. Скрябина в Большом Николопесковском переулке (Москва), но в её организации также участвовали Всероссийское музейное объединение музыкальной культуры им. М.И. Глинки, Московская государственная консерватория им. П.И. Чайковского, Российская академия музыки им. Гнесиных и, конечно, «Фонд А.Н. Скрябина», возглавляемый потомком композитора Александром Серафимовичем Скрябиным, - он же был ведущим Третьего заседания (26 апреля, 10.30 - 14.00). Доклады этой секции повествовали о том, каким представал Скрябин в письмах и воспоминаниях близких, коллег и современников.

Дарья Давыдова рассказала о воспоминаниях Нины Аркадьевны Сомовой (Цветковой) - жительницы Малаховки, преподавателя музыки. В своих мемуарах Нина Аркадьевна утверждает, что была ученицей Александра Николаевича Скрябина, занималась в его классе в консерватории, а после его смерти перешла в класс Веры Ивановны Скрябиной. Увлекательно и эмоционально написанные мемуары вызывают определённые вопросы в плане фактическом, в них много загадочных моментов, требующих исследования. Интересна и история малаховского дома, где Н. А. Цветкова прожила более полувека.

Стоит отметить очень высокий уровень организации конференции. Все доклады были подобраны и расположены в программе очень продуманно, докладчики прекрасно дополняли друг друга. Выступали и гости из-за рубежа - из Франции и США, их выступление сопровождалось последовательным переводом. Полагаем, что конференция открыла новые грани жизни творчества и окружения А. Н. Скрябина для всех участников, а тем, кто не является специалистом-скрябиноведом, помогла лучше понять удивительный мир, созданный композитором.



Читать дальше

Н. А. ЦВЕТКОВА (СОМОВА) И ЕЁ ВОСПОМИНАНИЯ ОБ А. Н. И В. И. СКРЯБИНЫХ


Доклад на тему:

 «Н. А. ЦВЕТКОВА (СОМОВА)

И ЕЁ ВОСПОМИНАНИЯ ОБ А. Н. И В. И. СКРЯБИНЫХ»

 

Мемориальный музей А.Н. Скрябина

Всероссийское музейное объединение музыкальной культуры им. М.И. Глинки

Московская государственная консерватория им. П.И. Чайковского

Российская академия музыки им. Гнесиных

«Фонд А.Н. Скрябина»

 

Международная научная конференция

«А.Н. СКРЯБИН В ХУДОЖЕСТВЕННОМ КОНТЕКСТЕ ЭПОХИ»

К 145-летию со дня рождения Александра Николаевича Скрябина

25 – 27 апреля 2017 года

 

Составитель –

зав. научно-просветительским отделом  Д. В. Давыдова

 

 


Н. А. ЦВЕТКОВА (СОМОВА)

И ЕЁ ВОСПОМИНАНИЯ ОБ А. Н. И В. И. СКРЯБИНЫХ

 

Имя Нины Аркадьевны Цветковой (урождённой Сомовой) мало знакомо широкой аудитории. Кто же она такая? Это личность, бесспорно, загадочная. Нина Аркадьевна Сомова – автор мемуаров, хранящихся в МКУК «Музей истории и культуры ГП Малаховка». Известно, что она была пианисткой, работала педагогом и музыкальным работником в Малаховке, где и прожила большую часть своей жизни. Мемуары, написанные в начале 1960-х, посвящены событиям юности Нины Аркадьевны. В 2014 году в приложении к журналу «Малаховский музей» № 2 была издана часть «Мемуаров». Планируется публикация и остального материала.

Согласно изложенному в мемуарах, Нина Аркадьевна Сомова была уроженкой города Сарапула. Город расположен на правом (высоком) берегу реки Камы, в юго-восточной части Удмуртии, в 62 км от Ижевска и в 1143 км от Москвы. Отец Нины Аркадьевны, талантливый самоучка, был учёным-метеорологом, дядя, Николай Иванович Сомов – редактором и издателем газеты «Кама». С самых юных лет Нина проявляла незаурядные способности к музыке. В возрасте 11 лет на концерте Леонида Витальевича Собинова она заменила аккомпаниатора, который, увлёкшись гуляниями на святочной неделе, не пришёл на концерт. (См. Приложение 1.)

В шестнадцать лет Нина Сомова приезжает в Москву – поступать в консерваторию. В Москве она живёт в квартире Авдотьи Ивановны Дедюхиной (давней подруги её тёти), навещает тяжелобольную тётю и, конечно, усердно готовится к предстоящим вступительным экзаменам. Всю ситуацию меняет одна поездка в лифте, где Нина знакомится с Верой Ивановной Скрябиной. (См. Приложение 2.)

Сам текст «Мемуаров» Нины Аркадьевны заслуживает внимания и достоин прочтения. Мемуары написаны прекрасным языком, увлекательны, эмоциональны и, несмотря на полвека, прошедшие с тех пор (мемуары написаны в 1963 году), автор передаёт дух эпохи во множестве подробностей. Но не всё так однозначно, как кажется на первый взгляд. Автор упоминает немало известных личностей, но описываемые события, связанные с ними, вызывают немало вопросов. Несоответствия привлекают внимание с самого начала:


  1. Все источники нам говорят, что в последние годы жизнь А. Н. Скрябина была связана в основном с композиторской и концертной деятельностью, но никак не с педагогикой. Не вполне понятно, как Нина могла учиться у Скрябина, когда он к тому времени уже давным-давно не преподавал в консерватории, где он работал с 1898 по 1904 год. Более того, ведь и в личном деле Нины имя Александра Николаевича никак не фигурирует — ее преподавателями были В. И. Скрябина и П. Н. Страхов. Нина Сомова пишет, что поступила в консерваторию в 1915 году. В личном деле стоит дата её поступления (1914 год) и дата рождения (1895 год). Если последняя дата соответствует действительности, Нине было на самом деле около 19 лет, а вовсе не 16. В свидетельстве о рождении указано …………
  2. Нина Аркадьевна очень подробно описывает доброжелательное общение с супругами Скрябиными – радушный приём Веры Ивановны, первую встречу с Александром Николаевичем. Но к тому времени (1915 год) Александр Николаевич и Вера Ивановна уже давно не жили вместе и не общались. Возникает ощущение, что автор по какой-то причине датирует 1915 годом события, которые на самом деле происходили много раньше.
  3. Возможно, самое удивительное: в разговоре с А. Н. Скрябиным Нина вскользь говорит, что является племянницей Константина Андреевича Сомова, выдающегося русского живописца:


« … Ваша фамилия Сомова? Художник Сомов кем Вам приходится?

Это мой дядя, Константин Сомов. Меня зовут Нина»

Далее эта тема не получает никакого развития и родство с К. А. Сомовым более нигде не упомянуто. В начале 2017 года с Музеем истории и культуры ГП Малаховка поделился своими изысканиями Михаил Сомов, исследующий историю своего рода. Приведём письмо Михаила:

«Нина Аркадьевна Сомова, её родители также должны быть изучены. К сожалению, она однозначно не племянница Константина Сомова. Его семья хорошо изучена, известны связи, живы потомки его брата. Маловероятно, но она может быть дальней родственницей, что требует исследования. Отцом Нины Аркадьевны, скорее всего, является личный почётный гражданин Аркадий Трофимович Сомов, житель Воткинска и Сарапула (брат – Александр Трофимович). Аркадий Трофимович Сомов – автор книги «Школьный календарь: Справ. и запис. книжка для преподавателей нар. уч-щ и церк.-приход. школ...» (А. Т. Сомов. – Сарапул : тип. М. Е. Постниковой, 1898)»

Где ещё можно почерпнуть достоверные факты биографии Нины Аркадьевны Сомовой-Цветковой? Фотографий её на данный момент не обнаружено ни в её доме в Малаховке, ни в личном деле, хранящемся в архиве Московской консерватории. Личное дело даёт нам следующие факты: Нина Аркадьевна Сомова, дочь личного почётного гражданина города Сарапула Аркадия Трофимовича Сомова, родилась 12 сентября 1895 года; поступила в Московскую консерваторию по классу фортепиано в сентябре 1914 года, выбыла из неё в сентябре 1917. К личному делу прилагается «прошение» о принятии её в консерваторию (набранное на машинке) и что-то наподобие экзаменационной ведомости с некоторыми оценками.

Документы из домашнего архива дают нам представление о дальнейшей судьбе пианистки. Прерванное обучение в консерватории она окончила лишь в 1937 году. Предшествовавшее десятилетие стало для неё насыщенным – в 1926 году Нина Аркадьевна вышла замуж за Константина Николаевича Цветкова, а в 1927 году был построен дом в Малаховке на улице Некрасова.

Стоит особо отметить интересную историю места, выбранного для строительства дома. Владельцами северной Малаховки до революции были братья Павел Алексеевич и Сергей Алексеевич Соколовы. С. А. Соколов писал стихи под псевдонимом Сергей Кречетов и организовал в 1903 году издательство «Гриф», в котором печатались первые сборники стихов А. Блока, В. Ходасевича, А. Анненского и других представителей литературы символизма, Дом Н. А. Цветковой стоит на месте одной из дач семьи Соколовых, где жила в июле-августе 1905 года Нина Ивановна Петровская, жена С. А. Соколова и муза В. Я. Брюсова. В переписке Валерия Брюсова и Петровской фигурирует именно малаховский адрес дачи. Судя по плану 1906 года, небольшой дом находился в глубине участка.

На этом месте позже и поселилась Нина Аркадьевна Цветкова. В Малаховку она переехала в начале 1920-х годов (согласно домовой книге). Там она работала музыкальным работником в Малаховском детском городке. С жильем у Нины Аркадьевны возникли проблемы. И благодаря куратору детского городка Н. К. Крупской ей был построен дом. Выйдя на пенсию, Нина Аркадьевна преподавала на дому; в частности, у неё училась одна из будущих студенток класса А. И.  Хачатуряна, композитор Ирина Павловна Куликовская.

Не имея прямых наследников, Нина Аркадьевна Цветкова решила завещать дом тем, кто будет за ней ухаживать в последние годы жизни. Подходящих кандидатов она нашла не сразу; в итоге в конце 1970-х годов в доме поселились инженеры в области космической связи Вадим Фёдорович и Татьяна Васильевна Васильченко со всей большой семьёй. После смерти Нины Аркадьевны в 1983 году наследницей стала Татьяна Васильевна Васильченко, умершая в 2008 году. Нынешняя владелица дома – Оксана Вадимовна Гринвуд, по специальности преподаватель русского языка и литературы, сейчас живёт с мужем Ианом Гринвудом (известным британским спортсменом) в селе Царевец (область Враца, община Мездра), Болгария. В доме много лет прожила и живёт сейчас её дочь - автор этих строк, Дарья Валерьевна Давыдова. Обстановка этого дома, живое ощущение овеществлённого прошлого, которое окружает меня здесь и сейчас, и побудили меня заниматься историей родной Малаховки и связать свой путь с Музеем истории и культуры ГП Малаховка.

В наступающем 2017 году исполняется 90 лет с постройки дома. Он достойно встречает солидную дату. Представители нашей семьи никогда не стремились избавиться от памятных вещей, напоминающих о первой хозяйке нашего дома. При всех разночтениях, неясностях и загадках биографии Нины Аркадьевны Сомовой-Цветковой, в бытовом плане она оставила после себя довольно много предметов, представляющих интерес. Нине Аркадьевне принадлежал кабинетный рояль Bluthner, стоящий в центре гостиной; раньше гостиная была соединена с соседней комнатой, образуя своего рода концертный зал. О прошлом напоминают два шкафа в стиле «модерн» (один из них имел дверцу с зеркалом, расписанным рукой Нины Аркадьевны) и различные предметы мелкой мебели, посуда, вышивки. Часть этих предметов находится сейчас в фондах Музея истории и культуры ГП Малаховка.

Старожилы посёлка и сейчас помнят Н. А. Цветкову. Кто-то ходил к ней заниматься, кто-то посещал детские праздники и ёлки, которые она устраивала дома на Новый год.

 

Зав. научно-просветительским отделом ____________ Д. В. Давыдова


Приложение 1

Фрагмент дневника. Концерт Л. В. Собинова в Сарапуле (приводится в сокращении)

Собинов был очень весело настроен, шутил, смеялся и говорил, что аккомпаниатор его, верно, загулял: «Пропал мой Петрушка! Он выпить любит, и даже очень! А если ещё с девочками, то совсем забудет, что у него сегодня концерт». Но так как время ещё было раннее, то пока что об этом никто серьёзно не беспокоился.

В семь часов мы начали одеваться. Моё платье огорчало меня чуть не до слёз: оно было короткое, выше колен, какого-то младенческого фасона, с большим бантом на поясе, как носят очень маленькие девочки. В довершении всего мне распустили волосы и старая Артемьевна подвивала их длинными локонами, по-кукольному.

Бабушка здоровалась с Василием Васильевичем.

– Вы за нами? Ехать в концерт?

– Большая неприятность… Концерт может не состояться! Всё ещё не найдём аккомпаниатора… пропал, как иголка в сене!

До начала концерта оставалось 20 минут.

– Мария Евсеевна, я забежал с вами посоветоваться. Что делать? Собинов рвёт и мечет… Сорвать такой концерт! Публики полным-полно с 6 часов. К кому бы мне обратиться? Я думал, не выручит ли Ниночка?

– Что вы, Василий Васильевич! Это ведь не домашний маленький концерт, это величайшая знаменитость! Собинов – и вдруг девочку выпустить с ним на сцену!... Кого-нибудь найдёте в клубе, ни один музыкант сегодня не останется дома, все хотят послушать Собинова… И такой случай!

Здесь всё было так знакомо!.. Рояль нынче был полуоткрыт и сдвинут в бок, освещение было очень сильным и ярким. По сцене метался рослый, стройный не то блондин, не то шатен во фраке: это и был Собинов. Когда я увидела его лицо, полное огорчения и страдания, – мне захотелось успокоить, помочь ему. Он был очень красив. Одухотворённые глаза, мягкие и правильные черты лица с чистым овалом; сейчас он был бледен от волнения. Стиснув руки и крупно шагая, он то подходил к маленькой дырочке в замке, то всматривался за кулисы… опять шагал, возвращался и  бросился в кресло, стоявшее за кулисами. Тогда я тихонько обошла кругом рояль, чтобы заглянуть, какие ноты стоят на пюпитре. Это был томик романсов Чайковского, очень потрёпанный и «уработанный». Перелистав его страницы, я убедилась, что мне хорошо знакомы эти романсы. Вбежал Василий Васильевич, вконец растрёпанный.

– Ну, достали кого-нибудь? – с  нетерпением спросил его певец.

– Леонид Витальевич! А что, если Вам прорепетировать так чуть-чуть! Вот с этой нашей барышней? Это племянница Николая Ивановича, она замечательно какая музыкантша... думаю, что не подведёт? А, Ниночка? – он заботливо заглядывал в глаза то мне, то Собинову. Тот рассердился.

– Вы что, младенца мне подсовываете?! Нет, уже лучше пусть концерт сорвётся, чем позориться. Но неужели, неужели во всём вашем городе нет ни одного хорошего аккомпаниатора?

– Так вот, наша Ниночка всегда, т.е. часто аккомпанирует… Вы попробуйте, пожалуйста, её!…

Сердито и горестно смотрел на меня Собинов:

– Сколько же лет тебе, девочка?

– Скоро будет двенадцать…

Мне было горько и обидно.

– Но ты когда-нибудь слышала, может быть играла что-нибудь из Чайков-ского? – безнадёжно спрашивал он.

– Вот эти романсы, что в Ваших нотах, я знаю почти все наизусть.

– Наизусть? Знаешь аккомпанементы наизусть? Разве в музыкальной школе этому учат?

– О, нет! Это я аккомпанировала своему дяде, дяде Боре. У него такой же, как у вас, голос. То есть тоже тенор.

– Нет, не могу … Что хотите, делайте, Василий Васильевич, а я никогда не выступал с такими маленькими детьми…

Во мне всё кипело! Какая-то гордость заставила меня сесть за рояль и раскрыть ноты. Раскрыв наугад, я играла вступление к романсу «Ни слова, о друг мой, ни вздоха. Мы будем с тобой молчаливы…»

Доиграв до вступления голоса, я повернула голову к певцу и глазами предложила ему начать петь. Я привыкла командовать так же дяде Боре. Чуть слышно Собинов запел, подошёл ко мне, допел до конца. Перелистнув, он начал «Мы сидели с тобой у заснувшей реки». Я ловила его на лету, почти не смотря в ноты. С возрастающей силой и не скрывая своего удивления, он проверил романсов 5–6, слегка успокоился и сказал Василию Васильевичу:

– Что это за малое чудо? Это племянница Николая Ивановича? Как тебя зовут?

– Нина. Я Нина Сомова. Вот посмотрите, сколько концертов у меня было уже в этом году. – И я подвела его к толстой пачке разноцветных афиш, висевших на гвозде около зеркала за кулисами.

– Почему же твою фамилию печатают крупным шрифтом? Так это, выходит, местная знаменитость? Может быть, и вправду рискнуть? Как ты, Ниночка, посоветуешь мне?

– Я Вас не подведу, – твёрдо, уверенно сказала я. – Не бойтесь! Я сыграю хорошо потому, что это выучено ещё давно.

– Давайте третий звонок! – решился Собинов.

Зазвенел продолжительный и резкий звонок…

Занавес медленно поднялся. Из зала пахнуло табаком, духами и пудрой. Там было жарко, шумно, и тишина наступала медленно. Василий Васильевич сунулся к роялю и положил на стул толстую книгу – чтобы сидеть мне было повыше.

Прижимая ноты, я не спеша зашагала к роялю. К моему конфузу, раздались шумные аплодисменты, это в концерте Собинова приветствовали меня мои подружки по классу, знакомые и друзья. Уселась, жду. Бледный, сам не свой, появился Собинов. Овации, возгласы, аплодисменты… Наконец - тишина. Играю вступление, стараюсь очень… Вот вступает певец. Как он волнуется, до дрожи… Я играю всё звучнее, спокойнее, увереннее, звуками призывая его распеться. И это помогает! Голос его растёт, крепнет, как бы расцветает чудными красками. Вот он, Собинов! Дивный голос, огромная музыкальность, прекрасная дикция… Никогда не слыхала я романсы Чайковского, так по-новому спетые. Я чувствую себя сильной, большой и вдохновенной…

Какое соединение: Чайковский и Собинов! Два гения. Слишком долго хлопают, хочется слушать его голос, а не шум толпы!

Перелистывая ноты и наклонившись ко мне, Собинов шепчет:

– Ты маленькое чудо, умница, прелесть! Я совсем успокоился и поверил в тебя. Вот этот романс сыграешь?

– Да, да. Это я люблю.

И он поёт «Благословляю Вас, леса!».

Все десять романсов первого отделения были исполнены с нарастающим подъёмом и огромной зарядкой. Публика долго чествовала знаменитого певца, не отпуская его со сцены.

На помощь пришел Василий Васильевич, громко объявив: «Антракт! Буфет открыт». Занавес опустился.

В дверях толпились многочисленные гости, делегации, почитатели и поклонники с подарками и цветами. Собинов, порозовевший и довольный, держал меня за руку и не отпускал ни на минуту.

Я говорила ему:

– Самых красивых, самых трудных романсов Вы не спели… Так Сарапул их и не услышит?

– Да ноты у этого Петьки где-то запрятаны, не то в чемодане, не то в коробке с фраком…  Неудобно без него разрывать его имущество.

– Но для Вас – для Вас дело только в нотах? Вы больше не боитесь, что я Вас подведу? – допрашивала я его, и это для меня было очень важно.

– Тебе так хочется услышать эти романсы? Или хочется аккомпанировать самые трудные? – он смеялся, и глаза его сияли.

– И то, и другое! – созналась я.

Второе отделение прошло ещё удачнее, Собинов распелся, чувствовалось, что он «в ударе» и совершенно покорил сарапульцев. Последний романс «День ли царит?» он пел, протягивая обе руки ко мне со словами: «всё, всё, всё для тебя!», что было очень смешно, а мне – конфузно… Под гром оваций Собинов вывел меня на авансцену и низко, в пояс кланялся несколько раз…

Было уже поздно, около 12 часов. Василий Васильевич принёс мне мою ребячью пуховую серую шубку, такой же пушистый капор и варежки, похожие на пуховый шар. Одевая меня, он шепнул на ухо:

– Попросите Собинова помочь вам поступить в Московскую консерваторию. Он ведь всё может…

Собинов прощался со мной долго и очень сердечно:

– Маленькая Ниночка, понимаешь ли ты, как много для меня ты сделала сегодня? Ты спасла мне концерт, спасла настроение, и Сарапул, как и прежде, остаётся одной из милых, светлых моих памяток. Что бы ты хотела иметь от меня на память? Не стесняйся!

Немножко волнуясь, я сказала ему:

– Когда я подрасту, помогите мне поступить в консерваторию в Москве. Вы не забудете меня?

– Нет, нет, никогда, – серьёзно ответил он. – Я сделаю всё для тебя, и ты должна стать большим прекрасным музыкантом. Сохрани вот это.

И он вынул из бумажника визитную карточку. В овале, в углу карточки была его фотография, в центре напечатано: «Солист Его Императорского Величества Леонид Витальевич Собинов». На обороте он написал: «Ниночке Сомовой свободный вход всегда, где я пою, играю или участвую. Подпись».

Ещё прощаемся. Собинов целует мой лоб и говорит смеясь:

- Ты совсем, как заинька серенький… До свидания! Расти большая, и будь такая же умная и музыкальная…

Я уже была в постели, как вдруг вспомнила, что ноты с романсами Чайковского я оставила на сцене клуба, на раскрытом рояле…

– Позвони сейчас Василию Васильевичу, он, наверно, ещё не спит, – сонно сказала бабушка.

В трубке звучала скороговорка Василия Васильевича:

 – Я у телефона. Кто меня спрашивает? – и успокоительно сообщил:

– Ноты у меня, завтра вам завезу, там есть две строчки от Собинова. Привет!  Спокойной ночи!

Когда на следующий день пришла из гимназии, на письменном столе у меня лежали ноты, аккуратно завёрнутые и перевязанные. Развернув, я нашла на последней пустой странице размашистую надпись: «Никогда не забуду маленького серого заиньку, милую сарапульскую Ниночку», и подпись: «Собинов».

 

Приложение 2

Фрагмент дневника. Знакомство с А. Н. Скрябиным (приводится в сокращении)

В один прохладный вечер я вошла в лифт с коробкой папирос для Авд. Ивановны. Я не успела закрыть дверцу лифта, как в него вошла представительная дама в чёрном. Красивое бледное лицо без косметики, чудесные чёрные глаза, маленький гордый, яркий рот. Одета элегантно, дорого и скромно.

– Вам на какой этаж? – спросила я.

– На пятый.

– Неужели в таком возрасте можно курить? – спросила меня дама.

– О нет, что вы, разве девочки вообще могут курить? – я покраснела как клюква.

– Верно, вы приезжая, что сомневаетесь в этом.

– Да, я живу в провинции. А папиросы эти для моей квартирной хозяйки, Авдотьи Ивановны Дедюхиной.

Лифт остановился. Дама вышла, и я за ней.

– Вы живёте у Дедюхиных? – спросила дама. – Кто же там недавно начал играть Скрябина?

– Скрябина? Я не знаю… Я играю, но музыку Скрябина я не знаю…

– Кто же там подбирает по слуху?

– О, это я! Так это произведения Скрябина? Я и днём, и ночью всё слышу то, что хочу подобрать… Но не всё у меня получается!.. – Дама стояла у двери и не уходила. Лицо её было милым, приветливым и слегка грустным.

– Где вы учились музыке?

– Я окончила музыкальную школу в провинции.

– Сколько же вам лет?

– Скоро будет семнадцать… – прибавила я, хотя едва-едва было мне шестнадцать.

– Что же вы думаете делать дальше?

– Я приехала держать экзамен в консерваторию, но все говорят, что попасть почти невозможно.

Дама смотрела с недоверием. Я была в рабочем своём халатишке, растрёпанная, пуховый платок соскользнул, в руках папиросы, сама маленькая…

Помолчав, она сказала:

– Завтра в 5 часов вечера зайдите ко мне. Вот в эту дверь.

– И как же мне вас спросить? – смотрела я на неё.

– Спросите Веру Ивановну. До свидания!

Я спускалась по лестнице к своей квартире. В уме у меня стоял вопрос: что за Вера  Ивановна? Кто она такая?

Кроме платья у меня был с собой костюм и блузки. Я его почистила, подгладила, приготовила блузку, подшила галстук… Авд. Иван. остановилась в дверях с папиросой.

– Куда это ты так начищаешься? Уж не в гости ли?

– К Вере Ивановне. Той, которая живёт над вами.

– К Вере Ивановне Скрябиной? Да кто же тебя туда пустит? Очень нужна ей такая гостья как ты!

– Так Вера Ивановна – это Скрябина? А кто это композитор Скрябин – брат или муж?

– Конечно, муж. Оба они профессора и преподают в консерватории. Это, брат, не нашего поля ягода, с нами они и поздороваться не хотят и не смотрят в нашу сторону. Ты не вздумай туда ходить.

– Как же, Авд. Ив.? Ведь Вера Ивановна сама меня пригласила, и на определённый час.

– Пригласила тебя из вежливости, а ты и вообразила!.. Надо быть тактичной и понимать вежливость. Не ходи.

Но я уже вышла из-под её влияния.

И вот я стою у двери квартиры… Звоню. Дверь открывает пожилая горничная в кружевном фартуке.

– Вы к Вере Ивановне? – говорит она, не дожидаясь моего вопроса. – Вас ждут. Пожалуйста, вот сюда.

Она проводит меня в гостиную. Два рояля стоят рядом. Небольшой гарнитур японской мебели. Большие цветы и среди них белая качалка. В ней покачивается 35–37-летний мужчина с газетой. Это Скрябин! Я узнала его по портретам в журналах, где о нём писали, что он творец новой музыки.

Появилась Вера Ивановна. Я сделала низкий «придворный» реверанс…

– Вот, Александр Николаевич, – сказала Вера Ивановна. – Та девочка, которая по слуху играет твои preludes и этюд. Послушаешь её?

– Здравствуйте! – поздоровался Александр Николаевич. – Очень-очень интересно вас послушать.

Я не знала, за который рояль мне сесть, и выбрала тот, который был открыт. Играя, немножко волновалась. Настоящий, живой композитор, такой особенный как Скрябин, слушает меня, маленькую ученицу из Сарапула.

Окончив, я посмотрела на него:

– Как вы назвали эту пьесу?

– Prelude (прелюд), – не сразу ответил он.

– У меня есть своё название, – сказала я тихо.

Он очень заинтересовался, встал и облокотился на рояль:

– И можно узнать, какое?

– «Цветные стёклышки», и так я стараюсь играть, как будто рассыпаются, звеня, хрустальные осколки.

– Сыграйте что-нибудь, кроме моей музыки. Но на другом рояле вам больше понравится играть.

Сказав себе в душе: «Господи, помоги-ка!», я начала Шопена. Сердитое, гневное начало Скерцо я адресовала Авдотье Ивановне. Философски глубокие andante – были мои мысли и чувства, а ласковые, бурлящие пассажи я направляла Вере Ивановне.

– Ей надо учиться, – сказала Вера Ивановна.

– А как слух? Хотя моими прелюдами она уже выдержала все испытания… Там непростые гармонии.

Вера Ивановна села за другой рояль. Взяв аккорд, дала мне задание назвать ноты и повторить аккорд на том же рояле, где сидела я. Это было легко, и я быстро ответила. Она усложнила задание, теперь аккорд был не из 3-х, а из 12 звуков, раскинутых во всю клавиатуру. Но тренировка подбирания по слуху помогла и здесь тоже, нашла и назвала все ноты.

Скрябин сел за рояль, где В. И. уступила ему место, и взял несколько мощных аккордов концерта Гуммеля, который я готовила для экзамена. Я повернулась к нему, раскрыв рот от удивления. Он играл не в той тональности! Он чуть усмехнулся, сделал знак глазами, чтобы я начинала свою партию, и я поняла, что это экзамен, и, может быть, самый сложный и небывалый из них, какие мне придется держать. Вместо привычного пути пальцев по белым клавишам, мне пришлось забраться на черные… Порядок пальцев весь изменился… Сбиться казалось неминуемо. Но это было интересно и ново по звучанию, и я выдерживала и предложенный темп, и новую тональность. Чем дальше, тем больше я осваивалась, и радость творчества заглушила волнение. Неожиданно он прервал музыку и повернулся ко мне. Он был оживлён, глаза его блестели. Я видела, чувствовала только одно – «выдержала!» Понравилось ему то, что я не растерялась, подхватила новое незнакомое задание и с ним справилась.

– В школе нас не учили этому, – честно призналась я. – Но это интересно звучит в другой тональности, более металлически, более насыщенно…

– Верочка, я беру её в свой класс. Ты помоги ей оформиться, – Александр Николаевич, сделав мне приветственный жест рукой, вышел за дверь.

До моего сознания никак не доходили важность и значительность этих 30–40 минут, повёртывавших мою жизнь по новому руслу.

Вера Ивановна подошла ко мне и поцеловала в лоб: «Умница! Какая же ты умница, что не растерялась! Слух у тебя редкостный. Поздравляю тебя с большим успехом! Александр Николаевич берёт в свой класс только высокоодарённых, всего ведёт он 6 человек… Многие тебе позавидуют!..»

То, что она перешла на «ты», как-то привело меня в себя, и я благодарила её, что-то несвязно говорила, смеялась и плакала… Пошла домой, забыв свой пуховый платок на вешалке. Сзади меня догоняла горничная, которая тоже улыбалась моему счастью. Передавая платок, она сказала:

– Вера Ивановна просили вас вернуться.

Вихрем я взвилась по лестнице. Дверь её квартиры была открыта, и она стояла на пороге.

– Как же тебя зовут?

– Нина. Я Нина Сомова.

– Как тебя называет мама?

– Мамы у меня нет. У меня мачеха.

Вера Ивановна привлекла меня к себе и много-много раз поцеловала. Затем туго перевязала мою шаль крест-накрест и сказала:

– Не простудись. Для концерта в Большом зале нужно самообладание и хорошее самочувствие. Александр Николаевич хочет сыграть с тобой на экзамене.

– Неужели?.. Неужели… Такое счастье?!

– Да, Ниночка. Ты счастливая. Талантливая. Пока никому ничего не говори. До свидания!

 

Зав. научно-просветительским отделом ____________ Д. В. Давыдова

 

Читать дальше

НАЧАЛЬНАЯ ШКОЛА ЗЕНЧЕНКО


Доклад на тему:

 "НАЧАЛЬНАЯ ШКОЛА ЗЕНЧЕНКО"

105 ЛЕТ СО ДНЯ ОТКРЫТИЯ, 155 ЛЕТ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ С. В. ЗЕНЧЕНКО»

  

Ежегодная районная краеведческая научно-практическая конференция

«Во славу живших! В назидание живущим!», посвящённая  Международному дню памятников

и исторических мест

 

Раменский историко-художественный музей

20 апреля 2017 года

 

 

Составитель –

зав. научно-просветительским отделом  Д. В. Давыдова

 


НАЧАЛЬНАЯ ШКОЛА ЗЕНЧЕНКО.

105 ЛЕТ СО ДНЯ ОТКРЫТИЯ, 155 ЛЕТ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ С. В. ЗЕНЧЕНКО

Зенченко Сергей Васильевич (1862, Воронеж – 1933, Малаховка) – педагог, общественный деятель. Родился в Воронеже в дворянской семье. После гимназии поступил на историко-филологический факультет Московского университета, который окончил в 1887 году.

С 1887 года преподавал в Московском Елизаветинском институте, с 1888 года – в частной гимназии М. Б. Пуссель и Театральном училище.

Зенченко часто выступал с докладами о необходимости преобразования «старой» школы в «новую, демократическую», поддерживал новые методы преподавания, которые создавал сам или черпал из книг, выходивших за рубежом. Вернувшись в Россию, создавал новые формы воспитательной работы, организовывал летние детские колонии, был назначен председателем Комиссии по организации школ для умственно отсталых детей и занимался постановкой физической культуры в городских начальных школах. Принимал участие в организации журнала «Народное образование».

С 1896 по 1898 год Зенченко был членом Совета по учебной части Александро-Мариинского института со специальным поручением провести реформу учебно-воспитательной работы; его усилиями в институте была собрана библиотека, стали проводиться различные практические занятия. В 1904 году вышел в отставку, так как начальство Александро-Мариинского института не одобряло и не поддерживало его деятельность [5].

В 1911 году Сергей Васильевич Зенченко был назначен заведующим Красково-Малаховского учебного заведения (ныне школа № 48) и переехал в Малаховку (дом Зенченко, 1900-х годов постройки, находится в начале Февральской улицы). Красково-Малаховское учебное заведение (гимназия) для детей обоего пола открылось в 1908 году. Инициаторами этого учреждения были земский врач М. С. Леоненко, владелец южной Малаховки Николай Дмитриевич Телешов и местные общественные деятели [1]. Ольга Сергеевна Зенченко, дочь Сергея Васильевича и продолжательница его дела, писала в своих воспоминаниях: «Первые заведующие – прекрасные люди, но не организаторы, не могли дать школе того, что хотела общественность. Поэтому в 1911 году они возобновили уже не раз высказанную просьбу папе встать во главе школы, довести её до должной высоты в педагогическом отношении, чтобы она получила права министерской гимназии. Папа ввёл дисциплину, некоторые учителя ушли, другие поняли свои ошибки. Явились новые учителя. Вышло, как он предсказал: только года через два папе удалось отшлифовать, реорганизовать всю жизнь школы так, что ревизия прошла блестяще» [4].

В 1912 году Сергею Васильевичу Зенченко и его дочери удалось осуществить ещё одно начинание – открылась начальная школа, уроки в которой вела Ольга Сергеевна. Газета «Малаховский вестник» за июнь 1913 года так описывала первый учебный год в этой школе: «В Краскове (Плоховской проезд, Малаховской гимназии, дача Зенченко) открылась 1 сентября 1912 года начальная школа для детей обоего пола. К концу учебного 1912/13 года в ней было 14 детей: 8 мальчиков и 6 девочек в возрасте от 7 до 10 лет. Дети по своим знаниям делились на две группы: младшую и старшую. Хотя школа эта не ставит себе задачей специальную подготовку к экзамену, но у неё есть своя определённая программа, и она находит возможным представлять детей по 2-му году обучения на экзамен в приготовительный, а детей по 3-му году обучения в первый класс средних учебных заведений. Весной 1913 года в приготовительный класс выдержали экзамен 3 девочки: одна в 6-ю Мариинскую гимназию в Москве; а 2 остальные – в Красково-Малаховское среднее учебное заведение (ныне школа № 48). В школе преподавались следующие предметы: Закон Божий (2 урока в неделю), русский язык (5 уроков в неделю) и арифметика (6 уроков в неделю). Кроме этих предметов преподавались: ручной труд (лепка, аппликация), иллюстративное рисование и пение. На уроках русского языка детьми старшей группы ежедневно вёлся календарь погоды: записывалось состояние неба, температура воздуха: выпадение осадков, направление ветра, час солнечного восхода и захода. В конце каждого месяца делалась сводка записанных наблюдений, дававшая характеристику погоды за месяц; дети следили за последовательным убавлением и прибавлением дня. Введены были также и рассказы по картинкам. Для этого вывешивались на стенах класса картины известных художников, преимущественно из Третьяковской галереи. Эти рассказы после совместной выработки текста записывались старшей группой здесь же в классе. В начале зимы д-ром Н. А. Флёровым был произведён осмотр детей и родителям были даны гигиенические и медицинские советы. Было произведено взвешивание и измерение роста детей. Заразных заболеваний, кроме одного случая кори после Пасхи, не было. В течение учебного 1912/13 года было устроено 4 литературных вечера по временам года: осенью, на Рождестве и 2 весною. К вечерам каждым из учащихся старшей группы было выучено по 6-ти, а из младшей – по 4 стихотворения. Песен было выучено 32. На двух последних вечерах детям был показан домашний кинематограф (системы Кук). Кроме вышеуказанных вечеров были ещё: 1 чтение с туманными картинами, утро, посвящённое юбилею 300-летия дома Романовых, и прощальный вечер. Время от времени устраивались подвижные игры под руководством Т. Ф. Богданова. Весной детям была устроена в саду при школе площадка, около которой они сами сделали себе клумбы и грядки, где посадили и посеяли цветы, овощи и другие растения. Летом дети раза два в неделю будут приходить, чтобы работать в огороде, заниматься постройкой из кубиков и песку, лепить, читать. По окончании занятий, перед роспуском на каникулы, 13 мая состоялась прогулка в зоологический сад при участии многих из родителей детей. 23 мая была устроена выставка ручного труда и письменных работ – результаты учебного года. После осмотра этих работ состоялся прощальный литературный вечер, на котором детям был представлен свободный выбор как стихов, так и песен» [3].

Газету «Малаховский вестник» основал также Зенченко; он был её редактором-издателем. В газете публиковалась разнообразная информация, важная для дачников: новости Общества благоустройства, театральные анонсы, списки лиц, «поселившихся в дачных помещениях», а также информация о созданной в том же 1913 году Организации для возможно полного использования детьми летнего времени. В рамках этой организации Зенченко удалось воплотить идею активного летнего досуга детей: для юных дачников работали кружки разной направленности, организовывались сеансы кинематографа и сеансы с туманными картинами. Профессор ботаники Б. В. Игнатьев проводил «ботанические экскурсии по Малаховке» по 6 разработанным им маршрутам [5].

Позднее, в 1920-е годы, на левой половине дачи С. В. Зенченко работал детский сад. Организатор и руководитель – Ольга Сергеевна Зенченко. В этом детском саду детей обучали читать, писать, рисовать. Воспитатели гуляли с ними по Малаховке. Ольга Сергеевна вела музыкальные занятия, организовывала праздники. Около садика был огород, где дети сами ухаживали за грядками и выращивали овощи. Были и куры, которых тоже кормили дети [4]. Из воспоминаний В. Н. Качалиной (Хлыстовой): «Своё раннее детство, как и многие другие дети, я провела в садике, добровольно основанном для бедных детей Ольгой Сергеевной Зенченко. И все дети, кто был в садике Ольги Сергеевны, на всю жизнь, по-моему, сохранили самые тёплые воспоминания о нём. Это были голодные, трудные годы, но они были замечательны по богатству души «когорты славных». Никогда не забудутся ёлки, устраивавшиеся этой семьёй, сказки, представленные собственноручно сделанными куклами из папье-маше. Низкий поклон этой семье, так много давшей людям. Моей первой учительницей была Нина Константиновна Рукавишникова. Это был чуткий, требовательный и добрый наставник-педагог. Много лет спустя, будучи студенткой института, я всё равно встречалась со своими первыми учителями О. С. Зенченко и Н. К. Рукавишниковой» [2]. Несмотря на вполне успешную и плодотворную работу, детский сад Зенченко «не пришёлся ко двору» при Советской власти. В 1923 году после проведённой проверки Наркомпрос подверг критике разные аспекты работы детского сада: от непролетарского происхождения детей, посещавших сад, до репертуара песен, которые разучивала с детьми Ольга Сергеевна.

Занятия проводились на даче Зенченко. Этот дом является одним из наиболее интересных зданий в стиле модерн в Малаховке. На фронтоне обыграны формы круга и дуги, а сверху были (сейчас уже утрачены) украшения, похожие на какие-то корабельные надстройки. Окошки по форме напоминают то ли лист, то ли крыло насекомого. Здесь мы видим стремление воспроизвести формы природы – но воспроизвести зачастую скорее через ассоциации, чем через прямое соответствие чему-либо. Сохранилась картина, изображающая половину дома Зенченко. Картину написал тесть тогдашнего владельца А. А. Детлафа. Благодаря этой картине мы можем понять, как выглядел дом раньше.

Остаётся добавить, что в 1922 году Сергей Васильевич создал в Малаховке институт практикантов. В 1924 – 1925 годах институт был преобразован в двухгодичные педагогические курсы. Поставленные серьёзно и сознательно, курсы выпускали первоклассных педагогов, которые сразу получали ответственные места. Но реформа следовала за реформой. Курсы в 1926 – 1927 годах стали педагогическим техникумом. В 1928 году техникум занял территорию бывшего имения Н. Д. и Е. А. Телешовых «Озеро». В 1931 – 1932 годах техникум был преобразован в физкультурный. Таким образом, история Московской государственной академии физической культуры (МГАФК) тоже началась с замысла Сергея Васильевича Зенченко [5].

 

Список литературы:


  1. «Как это было». Очерк об открытии Красково-Малаховского средне-учебного заведения (фонды МКУК «Музей истории и культуры ГП Малаховка»)
  2. Воспоминания В. Н. Качалиной (фонды МКУК «Музей истории и культуры ГП Малаховка»)
  3. «Малаховский вестник». № 2 за июнь 1913 года (фонды МКУК «Музей истории и культуры ГП Малаховка»).
  4. «Малаховский вестник». Подшивка газеты за 2003 год (фонды МКУК «Музей истории и культуры ГП Малаховка»).
  5. ЭСМ. Энциклопедический словарь Малаховки/ Администрация гор. поселения Малаховка, МКУК "Музей истории и культуры ГП Малаховка" ; [сост.: Давыдова Д. В.]. – М.: Художественная литература, 2015.


 

Зав. научно-просветительским отделом  Д. В. Давыдова

Читать дальше

План мероприятий МКУК «Музей истории и культуры ГП Малаховка» на АПРЕЛЬ 2017 года

План мероприятий в МКУК «Музей истории и культуры ГП Малаховка»

   на  АПРЕЛЬ  2017 года

№ п/п

Наименование мероприятия

Дата

начала

Дата окончания

Время

Адрес

1

Интерактивное занятие для детей (6+) и их родителей в рамках православного праздника «Вербное воскресенье».

В программе:

- Презентация тему: «Вербное Воскресенье. Традиции дня».

- Мастер класс: «Вербочка».

01 апреля

01 апреля

11-00

15-00

(Московская область, гор. округ Люберцы, гп Малаховка, ул. Шоссейная, 40)

2.

Выставка, посвященная Международному дню Театра: "Там, там по сению кулис…". (Из фондов музея)

01  апреля

30 апреля

11-00-

17-00

(Московская область, гор. округ Люберцы, гп Малаховка, ул. Шоссейная, 40)

3.

Начало работы персональной выставки члена Московского союза художников, сотрудника Музея истории и культуры г.п. Малаховка Крючкова Е.Н. "Былое в грядущем" (живопись, графика), посвящённой писателю, общественному деятелю русской иммиграции 1-ой волны Георгию Дмитриевичу Гребенщикову.

04 апреля

30 апреля

11-00-

17-00

(Московская область, гор. округ Люберцы, гп Малаховка, ул. Шоссейная, 40)

4.

Совместный пилотный проект МКУК «Музей истории и культуры ГП Малаховка» и МОУ СКОШИ IV вида ГП Малаховка для 9-11 классов

Теоретическое занятие/Практическое занятие «Публика любила своих артистов, артисты любили свою публику…» (знаменитые артисты, игравшие на Малаховской сцене)

04 апреля,

21 апреля

04 апреля,

21 апреля

15-00

(Московская область, гор. округ Люберцы, гп Малаховка, ул. Шоссейная, 40)

5.

Интерактивные просветительские занятия со школьниками общеобразовательных школ г.п. Малаховки  «Пасха в музее»:

В программе:

- Выставка «Дорого яичко к Христову дню» коллекция декорированных яиц из фондов музея,

- Викторина и загадки,

- Фильм в «В гостях у Дуняши»,

- Проведение мастер-класса по росписи пасхальных яиц в технике «Писанка».

11 апреля

15 апреля

11-00

15-00

(Московская область, гор. округ Люберцы, гп Малаховка, ул. Шоссейная, 40)

6.

Раменская районная краеведческая конференция «Во славу жившим! В назидание живущим!»: выступления сотрудников музея Т. В. Андреевой - тема доклада «А.Т. Саладин. Малаховские этюды» и Д. В. Давыдовой - тема доклада: «Начальная школа Зенченко».

18 апреля  

18 апреля

11-00

15-00

(Московская область, гор. Раменское, ул. Воровского, д.7)

7.

Осуществение просветительской и образовательной деятельности:  Проект в "В мире поэтического слова"  для учащихся общеобразовательных школ г.п. Малаховки. 

Тема: "Живопись в поэзии".  Диалог со школьниками ведет писатель Л.А. Фахретдинова.

25 апреля

25 апреля

14-00

(Московская область, гор. округ Люберцы, гп Малаховка, ул. Шоссейная, 40)

8

Международная научная конференция «А.Н. Скрябин в художественном контексте эпохи», посвященная 145 – летию со дня рождения А.Н. Скрябина.

Выступление Д. В. Давыдовой с темой доклада: Н.А. Цветкова (Сомова) и ее воспоминания об А.Н. и В.И. Скрябиных.

27 апреля

27 апреля

11-00

(г. Москва, Дом-музей Скрябина)

9

Пешеходная экскурсия «Малаховка дачная», знакомство с памятными местами Малаховки периода Серебряного века. (экскурсия по северной и южной сторонам Малаховки, посещение достопримечательностей, связанных с именами землевладельцев – Соколовых и Телешовых, а также известных людей, посещавших посёлок).

29 апреля

29 апреля

11-00

(Московская область, гор. округ Люберцы, гп Малаховка)

 

Исполнитель:_____________Кочетова Е.С.

Читать дальше

СВЯЩЕННОМУЧЕНИК СЕРГИЙ ЛЕБЕДЕВ



   В январе 1938 года власти арестовали священников Ухтомского благочиния Московской епархии, и среди них протоирея Сергия   Лебедева.

   Священномученик Сергий родился 16 июля 1875 года в Москве в семье диакона Павла Лебедева, служившего в Екатерининском храме на Большой Ордынке.

   В1896  Сергей Павлович   Лебедев окончил Московскую Духовную семинарию и в том же году  начал,  активную преподавательскую деятельность, которую не оставлял и после рукоположения в священный сан. Будущий батюшка неустанно совершенствовал свой дар учительства….   В марте 1898 г. был  направлен  для  служения в соборном храме Смоленской иконы Божией Матери Московского Новодевичьего Монастыря. Отцу Сергию было поручено обучать молодых священников.

Отец Сергий был счастлив в супружестве; он очень любил свою жену, матушку Софью, был обрадован рождением сына в 1899 г. Душа наполнялась всё возрастающей  любовью и благодарностью к богу, ничто не предвещало тяжких испытаний.  Весной 1902 г. отец Сергий вместе с женой и трёхлетним сыном Борей был в гостях у своих родителей; собирались пить чай. Маленький мальчик нечаянно опрокинул на себя кипящий самовар. Со страшными ожогами  Борю отвезли  в клинику.  Лечение шло тяжело, матушка  Софья неусыпно  находилась  при нём…Горячие молитвы родителей и искусство врачей заставили смерть отступить.  Но отца Сергия ждало ещё более тяжкое испытание - скоропостижно скончалась супруга  отца Сергия София, с которой они прожили около четырёх  лет, и он остался с трёхлетним сыном Борисом. С этого времени в «серенький домик», где жил отец Сергий близ Новодевичьего монастыря, перебрались его сёстры Екатерина и Прасковья и мать Мария, которая взяла на себя воспитание внука – Бориса. Только глубокая вера и верность избранному пути, а также поддержка духовного  отца, старца Алексия Зосимовского, помогли отцу Сергию справиться с постигшем его горем. Он посетил старца  в Зосимовой пустыне, собирался просить его совета о переводе из Новодевичьего монастыря в другое место,   но Старец сказал ему: «Оставайся лучше быть среди голубиц, чем среди волков».

26 сентября 1920 года отец Сергий был возведён в сан протоиерея.  В храме Смоленской иконы Божией Матери Московского Новодевичьего монастыря  он прослужил до 1922 года. Помимо монастырского богослужения  молодому батюшке  пришлось служить  и в расположенной вблизи монастыря клинике медицинского факультета Московского Университета: причащать, напутствовать умирающих,  утешать нуждающихся в духовной поддержке болящих.

Несмотря на молодость отец Сергий приобрёл широкий  круг постоянных духовных чад: персонал клиники , учёные,  преподаватели университета, студенты, артисты.  В число тех,  кто искал  духовных наставлений  отца Сергия  попали режиссёры  и актёры Московского Художественного театра  - К. С. Станиславский,  его супруга М.П.Лилина В.И. Немирович-Данченко,   вахтанговцы: Борис Щукин, Борис Захава и другие.

Проповеди  и внебогослужебные беседы  отца Сергия были доходчивы и назидательны. «Как мало в нашей современной жизни радости, - писал проповедник, - как много уныния не только среди обездоленных, но  и среди взысканных судьбою людей! Как никогда, изощрились и разнообразились теперь житейские удовольствия….  Сколько захватывающих интересов! Сколько выставок промышленности, художественных, исторических, разных отраслей труда; какие громадные горизонты открыты новейшими применениями электричества. Мы слышим за тысячи вёрст говорящих с нами людей, и вскоре у телефонного аппарата будем видеть их образы. Почти уже завоёван воздух… Словом, как интересна и разнообразна теперь жизнь….   А между тем среди этого разнообразия какое-то общее недовольство, тоска, уныние, скука, отчаяние.  Русло жизни всё более  отходит от христианства…. Наш  прежде крепкий  православно-русский быт сошёл со своих вековых  устоев,  осложнился, обогатился  новыми, враждебными христианскому духу обычаями и привычками и получил полуязыческий  характер». 

Весной 1922 года  отец Сергий был арестован по делу о сопротивлении  изъятию  церковных ценностей.  Его обвиняли в том, что он препятствовал проведению в жизнь постановления ВЦИК.  Его также обвиняли в распространении заведомо ложных сведений  в отношении советской власти. После  окончания  следствия дело было передано суду Московского Ревтрибунала.

13 декабря 1922 года Московский революционный трибунал приговорил протоиерея Сергия к полутора годам заключения. В соответствии с проведённой амнистией он был освобождён досрочно 11 июля 1923 года. Новодевичий монастырь был закрыт и протоиерей  Сергей стал служить в московской церкви Живоначальный  Троицы  в Зубове.

В апреле 1931 года священник был вновь  арестован и заключён в Бутырскую тюрьму. Его обвинили  в контрреволюционной  деятельности – в связи с появлением его фотографии  в газете «Нью-Йорк Таймс». На фотографии был запечатлён момент, когда отец Сергий, идя по двору Новодевичьего монастыря, благословлял прихожан. Под ней была подпись: «Знаменитый отец Сергий Лебедев, один из священников, честно выполняющих свой долг». На следствии отец Сергий показал, что он никакой антисоветской деятельностью не занимался и собраний нелегальных не устраивал, а по поводу  снимка в газете заявил следующее: «… мой портрет  появился с какой-то статьёй в иностранной газете. Я совершенно никакого участия в этом не принимал и не знал, когда меня засняли».

Особое Совещание при  Коллегии ОГПУ   приговорило  отца  Сергия  к трём годам ссылки в Северный край. Первое время он находился в Великом Устюге, где условия жизни были тяжки. Затем его перевели  пешим этапом в район Котласа, в село Кичменский городок, а затем в деревню Марково,  где его в 1932 году посетил сын Борис. Сохранился сделанный его  рукой карандашный портрет отца.

В письмах к родным отец Сергий называл свою ссылку «прогулкой при  полном воздержании от пищи и отдыха».  Он, вместе с другим ссыльным священником – отцом Алексием, ежемесячно, в любую погоду: буран, разлив, снежные заносы… проделывал десять вёрст в район, чтобы отметиться в отделении ГПУ.  Несмотря на все тяготы бытия – «по новому распоряжению меня, как безработного, лишили карточки и хлебного пайка», у отца Сергия сохранялась твёрдость духа, «без тени тоски и печали».  Сестра отца Сергия, Екатерина Павловна, приезжавшая в ссылку, писала матери  домой в Москву, «что нам всем надо поучиться у него аккуратности, порядку, чистоте…». Родные и близкие отца Сергия хлопотали о его освобождении. Власти отказывали в прошениях. Но долгожданный день всё же наступил.    В 1934 г. протоиерей Сергий был освобождён и возвратился в Москву.

Некоторое время он был секретарём  Митрополита Сергия. Владыка  «придумал» специально для него эту должность ради материальной поддержки: на руках у отца Сергия были две престарелые сестры и старуха-мать. Позднее –   служил  до самого своего ареста  в храме  святых апостолов Петра и Павла в посёлке Малаховка, Люберецкого  района Московской области.

21 января 1938 года батюшку из «серенького домика» увели, на этот раз  - навсегда. Прощаясь с матерью, он поклонился ей в ноги и сказал: «Матушка, в этой жизни мы  уже не встретимся».

15 марта 1938 г. «тройка» при  УНКВД СССР по Московской  области  осудила группу из одиннадцати священников из подмосковных сёл  (Карачарово, Перово, Косино, Наташино, Зюзино,  Вешняки, Малаховка) по обвинению «в участии в контрреволюционной группировке» .  Им вменялось в вину, что они проводили среди населения Ухтомского района контрреволюционную агитацию, что они ставили своей целью  возродить монархический строй, противодействовать политике партии и советской власти, т.е. преступлении,  предусмотренном ст.58 п. 10 ч. 2 УК…»

Отец Сергий Лебедев на допросах держался мужественно; ни одного из сфабрикованных следствием обвинений он не признал.  « Судебная тройка»  постановила:  «Лебедева Сергея Павловича…служителя культа (поп)… расстрелять». Через неделю , 22 марта 19387 г., отец Сергий Лебедев был расстрелян на  Бутовском  полигоне НКВД.  Родным, как водится, сообщили, что он сослан  «в  дальние лагеря без права переписки».

  В «сереньком домике» на Лужнецком проезде после ареста отца Сергия оставались сестра Екатерина Павловна, которая вела хозяйство, ухаживала за матерью и за второй сестрой Параскевой. Летом 1938 г., так и не узнав о казни сына, умерла 82-летняя мать, Мария Павловна.

  Сын отца Сергия, Борис, работал архитектором. На протяжении нескольких лет посылал на Лубянку запрос о здоровье отца. Сначала приходили стандартные ответы, что отец сослан в дальние лагеря без права переписки, а в 1955 г. ему сообщили: «Больше за справками о С.Лебедеве не обращайтесь». И это значило, что отца нет в живых. Получив такой ответ, Борис  Сергеевич домашним ничего  не сказал, а вечером пожаловался, что в доме душно, а у него побаливает сердце, пошёл спать в беседку в садике. Утром он не вышел к чаю….  Борис Сергеевич  Лебедев  умер от сердечного приступа. «Серенький домик» - «домик  крошечка в три окошечка» отца Сергия  осиротел… 

  Протоирей Сергей Лебедев был реабилитирован посмертно: 22 августа 1958 г. Московский областной суд снял с него обвинение 1938 года, а обвинения 1931г. были сняты 11 октября 1991 г. Прокуратурой г. Москвы.

 Священномученик протоиерей Сергий Лебедев внесён в Собор Новомучеников Русской Православной церкви,  в  августа 2000 года.

Несколько слов следует сказать о сыне отца Сергия, который родился в 1899 г. – Борисе Сергеевиче, человеке исключительных душевных качеств, добром, открытом людям, искусству, творчеству. Природа одарила Бориса щедро. За свою короткую жизнь он успел проявить себя как хирург, архитектор, актёр и композитор, тонкий художник-акварелист. В гимназические годы он увлекался анатомией, литературой,  живописью,  музыкой, особенно – театром. Развитию Бориса способствовала сама атмосфера лебедевского дома. Отец Сергий и его сёстры любили  музыку безмерно, и в одной из комнат маленького домика стоял чудесный  рояль. На нём пытались учить Бориса.  Однажды  в доме появилась совсем юная 18-ти летняя студентка Московской консерватории Наташа, которая познакомилась с Борисом в театральной студии Красковской, где он режиссировал, а также играл в театре Евгения Вахтангова. Молодая актёрско-музыкальная когорта постоянно посещала домик на Лужецком.

 Свадьба 19-летней Натальи и 26-летнего Бориса состоялась в 1925 г. в Новодевичьем монастыре.  Венчал молодых  отец Сергий, который очень любил сноху и в письмах к ней обращался неизменно: «Богом  данная мне Доченька, деловая Наташенька!». Борис Сергеевич, первое из пяти своих образований получает в медицинском институте – приобрёл специальность хирурга. Затем он поступил  на обучение к Евгению Вахтангову  и стал  актёром.  Борис Лебедев  музыкально озвучил  и сделал макеты декораций к ряду  спектаклей  в  театрах  им.Вахтангова и во МХАТе.  Кстати в музее МХАТа хранятся ноты подписанные рукой Бориса.   Параллельно с театральной  деятельностью  Борис Сергеевич  заканчивает  архитектурный  институт и в дальнейшем работает как архитектор на строительстве Центрального телеграфа, Казанского вокзала и  нового здания Московского университета на Воробьёвых горах. Более 20 лет  работал архитектором  Моспроекта.

Дочь Бориса Лебедева – Елена Борисовна Долинская – профессор Московской консерватории.  Отец Сергий  видел внучку  совсем маленькой  и крестил её на седьмой день от роду. Борис Сергеевич не дожил до рождения правнука и праправнучек.

Память о Сергее Павловиче  Лебедеве  дорога его потомкам и  Иконописный  портрет Священномученика  протоирея  Сергия  хранится   у них, как семейная реликвия.


Методист Т. В. Андреева,

в рамках мемориальной встречи «ПАМЯТИ РЕПРЕССИРОВАННЫХ. ЛЮДИ И СУДЬБЫ. ХХ ВЕК»

Читать дальше

Персоналии революции и контрреволюции в истории Малаховки

Историю дачного посёлка Малаховка принято начинать с 1880 года – с момента открытия остановочного пункта. В 1902 году землю к югу от железной дороги у англичанина Аллея приобрел писатель Николай Дмитриевич Телешов, организатор знаменитого литературного кружка «Среда», в который входили наиболее видные писатели реалистического направления литературы Серебряного века: Л. Андреев, И. Бунин, В. Вересаев, М. Горький, А. Куприн и др. Супруга Николая Дмитриевича – Елена Андреевна (урождённая Карзинкина) – была талантливой художницей. В 1908 году по инициативе доктора М. С. Леоненко и при непосредственном участии Н. Д. и Е. А. Телешовых началось строительство первой в России гимназии совместного обучения мальчиков и девочек.

Владельцами северной Малаховки были братья П. А. и С. А. Соколовы. На их земле была построена и освящена в 1902 году церковь Петра и Павла. С. А. Соколов писал стихи под псевдонимом Сергей Кречетов и организовал в 1903 году издательство «Гриф», в котором печатались сборники стихов А. А. Блока, В. Ф. Ходасевича, И. Ф. Анненского и других представителей литературы символизма. Жена Соколова-Кречетова, Нина Петровская, послужила прототипом главной героини романа В. Я. Брюсова «Огненный ангел».)

 


Малаховка начала ХХ века была весьма благоустроенным и привлекательным местом отдыха. Многое здесь привлекало городских жителей – природа, культурный климат, а особый акцент придавал феномен культурной жизни – Малаховский Летний театр. Фотографии, документы, воспоминания, раскрывающие жизнь дореволюционной Малаховки, не оставляют сомнений – перед нами яркое проявление эпохи, получившей название Серебряного века… Во все времена Малаховка привлекала и привлекает по сей день неординарных и творческих людей. Но её дачный «золотой век» длился недолго и ушёл в прошлое с 1917 годом.

Социальный состав дачников был неоднородным, но, как правило, это были, конечно, довольно обеспеченные люди. На 1917 год в посёлке было много крупных собственников. Поэтому для многих революция обернулась конфискацией «лишних» дач и изъятием вещей:


  • «В Томил.-Малах. Пос. Совет. Московский уездный Совет разрешает Вам произвести конфискацию дачи Кравеца в посёлке Малаховка для Малаховского Культурно-Просветительного общества. Ноябрь 1918 г. Председатель совета. № 1087 (913)».
  • «Временный Исполнительный Комитет Коммуны Литературной Молодёжи для всестороннего развития (КомЛитМолРаз) просит разрешения занять дачу Коржева в Краскове, на обрыве, и выдать ордер. Председатель Временного ... Коммуны 3 мая 1919 г. Резолюция: выдать ордер 14 мая 1919. Волков».
  • «Акт 3 1918 г. дел. 9. Мы, нижеподписавшиеся, прибыли во владение гражд. Устрищева кварт. 3 по Невскому пр. Конфискованы: стенные часы – 1 шт., картина рама багетная – 1 шт., картина рама багетная – 1 шт., картина рама багетная – 1 шт., картина рама металлическая – 1 шт., картина рама металлическая – 1 шт., картин маленьких – 3 шт., ковёр большой – 1 шт.».
  • «Александру Леонидовичу Шнейдеру. Здесь. Сим Совет Вас извещает, что Вам разрешено занять дачу б. Телешева с находящейся в ней обстановкой. Председатель (подпись неразборчива). Секретарь (подпись неразборчива) март 1919 г.». (А. Л. Шнейдер – председатель Малаховского Поссовета)
  • «Акт № 77. Опись имущества конфискованной дачи Н. Д. Телешова: кушетка старая – 2, стол круглый – 1, диван – 1, столов простых – 3, шкаф-комод – 1, шкаф стеклянный – 1, стульев мягких – 3, столов террасных – 2. 4 апр. 1919 г. Член Совета Волков».
  • «Акт № 48. Опись имущества ещё одной конфискованной дачи Телешова: комод – 1, шкаф-комод – 1, стол дубовый – 1, детская коляска – 1, плетёное кресло – 1, умывальник старый мраморный – 1. Член Совета Волков».


В 1917 году для дачников ввели обязательную прописку. Движение по Московско-Казанской железной дороге было ограничено: «Для сведения живущих на даче. Билеты с 9-го сентября сего года включительно на дачные поезда будут выдаваться только по предъявлению от районных Советов в том, что лицо, требующее билетов, действительно имеет жительство на даче. Едущие же по делам не живущие на даче должны иметь удостоверение от делового Комитета с указанием цели вызванной поездки на М.К.Ж.Д. 26 сентября 1918 г. военный комиссар».

Многие бывшие дачевладельцы потеряли источник дохода и переживали не лучшие времена, да и вообще каждый старался заработать, как мог, но эти способы заработка не всегда приветствовались властями: «На основании приказа Народных Комиссаров предписывается всем гражданам не производить продажу молодого картофеля в пределах Люберецкого района (вплоть до 15 августа) <…> п. 3. Всем поселковым исполкомам и милиции предписывается лиц, торгующих молодым картофелем, задерживать и заключать под арест, картофель же конфисковывать. Председатель Люберецкого раб. Сов. Депут. 1 август 1918 г. № 207».

«Протокол № 10. Слушали: О замеченной продаже мебели гражд. Орловским гр. Букину крест. д. Мотяково за 3 мешка картофеля. Постановили: В виду того, что это явление незаконно, Совет постановил мебель отобрать и поместить её в прокатный склад, картофель поместить в здание Совета впредь до распоряжения Ухтомского продовольственного отдела. 1919 г. февраля 19 дня председатель А. Л. Шнейдер и члены Совета».

Тогда же власти уже озаботились переименованием улиц: «В посёлок Малаховка. Настоящим районный Люберецкий Перовский Совет предлагает Вам срочно предоставить список улиц в посёлке Вашего р-на и желательно их переименование, каких именно и как, а так же дать список жертв, пострадавших и убитых в 1905 г. и октябрь-ноябрьском перевороте. 3 окт. 1918 г. № 1168 Люб.-Перовский район. Совет». Но в 1918 году до переименований дело ещё не дошло, а позже, в 1920-е, Телешовское шоссе стало Шоссейной улицей, Покровский проспект – Республиканской улицей, Пионерская – Луговой, Широкая просека – улицей Комсомольской, Плоховской проезд – улицей Февральской, Соколовская – улицей Свердлова, Петропавловская – Советской, Ильинский проспект – улицей Будённого (ныне ул. Щорса)… Название местности Змеёвка – по пустоши Поворово (позже Ворово-Змеёво), принадлежавшей во второй половине XVIII века гофмаршалу императорского двора М. М. Измайлову – превратилось в «Красную Змеёвку». И сейчас эти и другие улицы хорошо известны малаховцам.

Однако видные революционеры были и среди жителей Малаховки. У Кремлёвской стены похоронена Анна Николаевна Халдина (1902 – 1919), дочь купца Н. Н. Халдина, чей магазин находился на том месте, где сейчас КДЦ «Союз». Увлечённая революционными идеями, в 1917 году девушка порвала с семьёй и уехала в Москву. С ноября 1918 года Анна работала в агитационном отделе Моссовета, в начале 1919 года переведена в Московский комитет РКП(б). В «Красной книге ВЧК» Анне Халдиной дана такая характеристика: «Аня из буржуазной среды. Революция застала её почти ребёнком на институтской скамье. Чуткая и отзывчивая, она с жадностью глотала слова о великой борьбе рабочего класса, исходившие из уст одного из её учителей, вместе с ней погибшего, тов. Кропотова. Революционные события захватили её, она по ночам стала читать марксистскую литературу. Всё больше и больше начинает она тяготиться домашней обстановкой. Разногласия на политической почве начинают принимать всё более резкий характер, и она, 16-летняя девочка, воспитанная няньками и мамками, не приученная ни к какому труду, уходит из дому. Последний год она буквально голодала, но никто никогда не слыхал от неё ни одной жалобы. «Величайшим для меня огорчением было бы умереть просто, по-мещански. Уж если погибать, так в революционной борьбе», – нередко говорила она. Её желание сбылось: она погибла на своём революционном посту».Погибла Анна Халдина в возрасте 17 лет – при взрыве в Леонтьевском переулке 25 сентября 1919 года: в помещение партийного актива были брошены две бомбы. Расследованием теракта занималась ВЧК; 2 террориста были убиты при задержании, 8 – признаны виновными и казнены, 7 были окружены чекистами на даче в Красково и совершили самоподрыв (взорвали дачу).

Всероссийская чрезвычайная комиссия по борьбе с контрреволюцией и саботажем при Совете народных комиссаров РСФСР, или просто ЧК, была создана 7 (20) декабря 1917 года, существовала чуть более 4 лет, затем была упразднена, а её функции возложены на Государственные политическое управление – ГПУ. В. И. Ленин, выступая на митинге-концерте сотрудников ВЧК, следующим образом определил её роль: «Для нас важно, что ЧК осуществляют непосредственно диктатуру пролетариата, и в этом отношении их роль неоценима. Иного пути к освобождению масс, кроме подавления путем насилия эксплуататоров, – нет. Этим и занимаются ЧК, в этом их заслуга перед пролетариатом». ВЧК должна была стать «разящим орудием против бесчисленных заговоров, бесчисленных покушений на Советскую власть со стороны людей, которые были бесконечно сильнее нас». 15 января 1918 года вышел декрет о создании Рабоче-Крестьянской Красной Армии на добровольческой основе.

Параллельно создавались вооружённые формирования противников большевиков: в ноябре 1917 года в городе Новочеркасске генерал от инфантерии М. В. Алексеев создал Добровольческую армию; возглавил её генерал Л. Г. Корнилов. В апреле 1918 года началось формирование Донской армии генерала П. Н. Краснова. Это стало началом Белого движения, ряды которого пополнялись новыми и новыми сторонниками. В их числе – и владельцы северной Малаховки братья Соколовы. Вернувшись с войны, где оба служили в артиллерии (Сергей Алексеевич был тяжело ранен в голову и попал в немецкий плен, где провёл долгих 3 года), Соколовы вначале не теряли надежды, что у них получится найти своё место в новой действительности. В 1918 году Павел Алексеевич Соколов входил в состав поссовета. Но в начале 1919 года братья Соколовы вступили в Добровольческую армию, где Сергей Алексеевич Соколов-Кречетов был соредактором журнала «Орфей» и писал агитационные антибольшевистские статьи и брошюры («Хитрая механика», «Обманутым братьям в красные окопы» и другие). После тяжёлого ранения он не мог участвовать в боевых действиях, но избрал своим главным оружием слово – пропаганду, агитацию.

Видимо, С. А. Соколов-Кречетов многого не мог простить Советской власти – в эмиграции он был одним из самых непримиримых её противников. В 1921 году Сергей Алексеевич работал в Париже негласным доверенным политическим корреспондентом П. Н. Врангеля. Там он разработал программу агитационного антибольшевистского журнала «Русская Правда», который и стал издавать на средства Врангеля. Официально журнал находился в ведении особого политического отдела Главного командования, которым ведал генерал Кутепов. После конфликта с Кутеповым Соколов стал издавать журнал собственными силами. Он преобразовал «Русскую Правду» в военно-политическую организацию Братство Русской Правды (БРП). Соколов писал: «В истории нашего дела есть две фазы. Когда оно возникло летом 1922 года, первые два года оно было лишь чисто пропагандным начинанием на Россию, ведомым очень небольшой группой, где на одних ложилась литературная часть, на других – техника распространения. После четырёхмесячного перерыва в дело вступила новая группа, взявшая его в руки и поставившая целью из чисто пропагандного журнала РП развернуть из накопившегося людского “сочувственного” материала уже настоящую организацию не только с пропагандными, но и с активистскими целями». Одновременно с началом издания журнала Соколов и его единомышленники начали создавать конспиративную организацию, основной сферой деятельности которой должен был стать «активизм» –физическое, моральное, идеологическое и агитационно-пропагандистское противостояние большевикам. БРП имело свои отделы в 29 странах (Евразия, Африка, Северная и Южная Америка, Австралия). БРП имело реально существующие подпольные и партизанские организации на территории СССР. Подобная структура должна была гарантировать успешную работу всех групп даже в случае провала одного из отделов. Журнал «Русская Правда» – печатный орган БРП, предназначенный для распространения в СССР. Редактировал журнал С. А. Соколов. Все статьи были подписаны псевдонимами, а чаще всего были анонимны, и автором почти всех был он. На страницах журнала публиковались произведения И. А. Бунина, А. Т. Аверченко, а также одного из руководителей Братства – П. Н. Краснова. В тесном сотрудничестве с Братством работало книгоиздательство «Медный всадник» (основано в Берлине в 1922 году), директором и главным издателем которого был Соколов.

Бороться большевикам приходилось не только с угрозами извне, но и внутри самого государства. Например, с эсерами, которые стали политическими противниками большевиков. После принятия Брест-Литовского мира 3 марта 1918 года и начала продразвёрстки эсеры  решили перейти к активным действиям: убийство посла Германии в Москве Мирбаха (июль 1918), М. Урицкого, председателя Петроградской ЧК (30 августа 1918 года). А вечером 1918 года прогремели выстрелы на бывшем заводе Михельсона в Москве… Эсерка Фанни Каплан была арестована и признана виновной в покушении на Ленина, хотя в этой истории до сих пор не всё ясно и многие обстоятельства вызывают вопросы у историков: показания расходятся по времени, протокол допроса Каплан не подписала, и др. Большевики отреагировали на создавшуюся ситуацию 5 сентября 1918 года, приняв Постановление «О красном терроре»: «Совет народных комиссаров, заслушав доклад Председателя Всероссийской Чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией, спекуляцией и преступлением по должности о деятельности этой Комиссии, находит, что при данной ситуации обеспечение тыла путём террора является прямой необходимостью, <…> что необходимо обезопасить Советскую республику от классовых врагов путём изолирования их в концентрационных лагерях, что подлежат расстрелу лица, прикосновенные к белогвардейским организациям, заговорам и мятежам…». Подписали: Народный Комиссар Юстиции Д. Курский, Народный Комиссар по Внутренним делам Г. Петровский, Управляющий Делами Совета Народных Комиссаров Вл. Бонч-Бруевич.

Машиностроительный завод в Москве был не единственным предприятием, которым до национализации владел крупный промышленник Лев Александрович Михельсон (1861 – 1919) –потомственный дворянин, сын коллежского советника. Предполагают, что Л. А. Михельсон – потомок полководца Ивана Ивановича Михельсона, который руководил подавлением восстания Пугачёва, но генеалоги пока не доказали этого. В 1883 году Лев Михельсон окончил юридический факультет Московского университета. В 1895 году Михельсон получил свидетельство на право разведывания золота и руд; после этого он направил свои устремления в Сибирь (нынешняя Кемеровская область). В 1896 году чиновник Средне-Сибирской железной дороги Зелинский продал свои отводы земли для разведки каменного угля по берегам реки Алчедат товариществу Перфильева, Ременникова и Михельсона. В 1897 году Михельсон скупил все отводы у своих компаньонов и стал единственным владельцем копей. В начале ХХ века он создал акционерное общество и построил железную дорогу от копей до станции Судженка. Копи, принадлежавшие Михельсону, и шахты на станции Анжерская выдавали 92 % всего угля в этом краю. В 1918 году исполком Томского губернского совета принял решение о национализации Судженских копей. Михельсон был также владельцем ещё нескольких заводов. Машиностроительный завод, где было совершено покушение на В. И. Ленина, – сейчас завод Ильича; во дворе этого завода стоит памятник Ленину и камень на месте покушения. В Малаховке Лев Александрович Михельсон появился около 1909 года. Он действовал как доверенное лицо братьев Соколовых, получая по доверенности деньги с их арендаторов. В 1912 году Михельсон построил дачу на улице Некрасова. Этот дом, построенный в лучших традициях дачной архитектуры, сохранился до наших дней.

Есть данные, что Фанни Каплан также бывала в Малаховке. При аресте у неё нашли билет до Томилино, а Сергей Николаевич Черников, работавший на электростанции Грюнберга, устанавливал проводку на одной даче в Малаховке и видел «мельком на терраске симпатичную девушку небольшого роста, читавшую на диванчике какую-то книгу». Он утверждал, что это была Каплан.

Малаховку посетила и одна из лидеров эсеров – Мария Александровна Спиридонова. До революции она была приговорена к бессрочной каторге за покушение на тамбовского губернатора Луженовского. Была освобождена в 1917 году, но снова арестована в 1918 году; она практически постоянно находилась в заключении, что подорвало её здоровье. Товарищи по партии в последнее воскресенье сентября 1921 года выхлопотали разрешение поместить Спиридонову в санаторий в Малаховку. Эсер А. Шнейдер вспоминал: «Утром в день освобождения к Марусе привезли Иру и Бориса. Они подготовили бы её, как могли, к перемене. До Малаховки далеко – везти по железной дороге было бы почти безумием. Да ещё до вокзала на извозчике. Я звонил по всем инстанциям, прося автомобиля. Мне всюду отвечали, что автомобили за город даются лишь для «оперативных» целей. Около самого вокзала автомобиль испортился. С мукой пересаживаемся на извозчика. Трясёт. Маруся, видимо, страдает, но молчит и даже рада. Чекист остался с автомобилем, мы одни».

При Советской власти на северной стороне Малаховки размещаются дачи НКВД, на южной – дачи КГБ. На одной из дач НКВД был арестован в 1925 году британский разведчик Сидней Рейли. Рейли (настоящая фамилия Розенблюм) – предположительно уроженец Одессы, но многие биографические сведения были им мистифицированы и не ясны до сих пор. По профессии был химиком. После женитьбы на ирландке взял её фамилию. В 1897 году завербовался в разведку. Во время русско-японской войны предположительно шпионил в пользу японцев. В 1918 году создавал агентурную сеть в кругах красных комиссаров. Вместе с непосредственным начальником Локкартом Рейли собирался подкупить личную охрану Ленина, но дело не удалось. Рейли неоднократно участвовал в антибольшевистских заговорах, работал в белой контрразведке. Действуя под различными именами, он легко получал нужные документы, даже пропуск в Кремль. В 1920-е годы ОГПУ выявило в СССР структуру монархистов, но не уничтожило её, а использовало в своих целях. Фальшивая организация «Монархическое подполье Центральной России» была предназначена для выявления противников Советской власти. Это операция «Трест». В 1925 удалось заманить Рейли в Советский Союз, где Рейли встретился с представителями этой организации. Встреча произошла 27 сентября 1925 года. Биограф Рейли, историк Эндрю Кук описал события этого дня: «Рейли встретили на московском вокзале и отвезли на дачу в Малаховку, где за накрытым столом его уже ждали остальные члены «Треста». Пообедав, компания в целях безопасности расположилась на лесной полянке, где состоялось обсуждение вопроса о финансировании «Треста». Рейли заявил своим собеседникам: «На отпуск средств не решится сейчас ни одно правительство. Но сейчас главная причина – горит собственный дом. Черчилль так же, как я, твёрдо верит, что Советская власть будет свергнута, и свергнута в недалёкий срок, но прийти на помощь со значительными средствами он не может». Вместо этого Рейли предложил им свой план изыскания денег, который, по его словам, был груб и мог вызвать «вначале презрение и брезгливое отношение». План заключался в том, чтобы похитить ценности из советских музеев, вывезти за границу и там продать.

По воспоминаниям архитектора, краеведа, одной из основателей музея в Малаховке Арии Карловны Куршевиц (1913 – 1988), в 1926 году в Малаховке какое-то время жила на даче на улице Интернациональной знаменитая Клара Цеткин. Её с почётом встречали в посёлке, приглашали в гости в малаховскую школу «над оврагом». Ария Карловна Куршевиц бережно хранила черновик письма Кларе Цеткин, которое они составили вместе с одноклассниками, с помощью учительницы немецкого языка Веры Ниловны Бухаревой.

В середине и второй половине 1920-х в Малаховке неоднократно бывала вдова В. И. Ленина Надежда Константиновна Крупская. Она посещала Малаховский детский городок и с большим вниманием относилась к воспитанникам и педагогам, интересовалась условиями их жизни. В 1927 году по протекции Крупской был построен дом для преподавательницы музыки Нины Аркадьевны Цветковой (урождённой Сомовой, ученицы А. Н. Скрябина и автора увлекательных мемуаров). В 1928 году по указанию Н. К. Крупской было выделено 67 га соснового леса для строительства дач работникам просвещения (кооператив «Обрабпрос»). Первое правление «Обрабпроса» возглавил адвокат В. Е. Адамов, дед Е. О. Адамова (министра по атомной энергии в 1998 – 2001 годах). В «Обрабпросе» впоследствии жили: министр просвещения В. П. Потёмкин, автор учебника по математике  П. А. Ларичев, один из авторов гимна Москвы С. И. Агранян, телеведущий И. И. Затевахин, поэт Н. М. Олев, фигуристы А. Г. Зайцев и И. К. Роднина.

Существует ряд воспоминаний о Малаховке первых послереволюционных лет. Вот как, по воспоминаниям Е. М. Зениной, проходила первомайская демонстрация: «У малаховского переезда через ж. д. собралось человек пятьдесят, в основном это был передовой класс, трудящиеся Малаховки: дворники, прислуга, горничные, извозчики и среди них много молодёжи. Распевая песни и частушки, демонстранты по Красковскому шоссе двинулись к Краскову. В то время популярной песней была песня на слова поэта Демьяна Бедного “Проводы”. Подходя к Краскову, все дружно запели тогда модную песню: «Я теперя не твоя,/ Я теперя Сенина,/ Сеня повезёт меня/ Слушать речи Ленина». Было очень весело. Быстро дошли до Красковской церкви, где развернули агитационно-пропагандистскую работу в духе “Религия – опиум для народа!” На церковной ограде развесили агитационные плакаты с карикатурами на служителей религиозного культа. Было очень смешно, и все от души смеялись. Исполнив свой пролетарский долг, с песнями, частушками стали возвращаться в Малаховку».

Но вопросов подчас больше, чем ответов. Зачастую сведения фрагментарны и не раскрывают всей ситуации. Безусловно, события политической истории нашей страны отразились и в истории Малаховки. Но, возможно, в гораздо большей степени, чем мы предполагаем…

  

Зав. научно-просветительским отделом   Д. В. Давыдова

 

Читать дальше

Фотогалерея

Видео

Контакты

Адрес:
Московская область, городской округ Люберцы, посёлок Малаховка, ул.Шоссейная, д.40с2, ГО Люберцы, Городское поселение Малаховка, Россия, 140032бывший клуб «Шахтёр»

Рассылка

Мы в социальных сетях